Богданов способ ходить за покупками

- Скажи мне, - говорит Лиза, - вы к нам пришли навеки поселиться? Каникулы-то закончились.

- Ну, понимаешь, - объясняет Маша, - у меня дома сейчас сидит Лось. Ему нужно одиночество и кот для написания новых песен. Он еще не успел закончить.

- А у Богдана какой-нибудь дом есть?

- Посмотри на него, может у него быть дом? Разве что юрта какая-нибудь в степях Внутренней Монголии. Что такое, неужели мы так сильно надоели? Душа моя, ты же сама жаловалась, что без движухи тебе плохо спится, и спрашивала, не превратить ли квартиру в флэт. Мы на всё для тебя готовы. Даже превратить. И детям вместе веселее.

"Банзааай!" - очень вовремя донеслось из комнаты близнецов.

- Да нет, не парься, я не упрекаю, - говорит Лиза, - просто надо же как-то подготовиться к зимовке.

- В магазин сходить? - соображает Маша, - погоди, вот досюда дошью и можно будет остановиться.

Лиза смотрит на машину работу: правый валенок украсился за вечер рогатой красной двойной спиралью. Левый остался как был.

- Нормальный быт кочевников, - кивает Лиза, - скво вышивает мокасины, воин задумчиво курит трубку. Кочевники, ступайте на охоту!

Маша идёт к дверям, шушукается с показавшимся оттуда Богданом, возвращается обратно.

- Я передумала идти на охоту, - объявляет она, - мне нужна еще пара рядов, а то я не туда зайду. Я, в конце концов, скво. Мне положено огонь в очаге поддерживать и мокасины вышивать.

- Он еще не ушел? Дай я ему список дам.

- И я! - вскидывается Маша. Обе бегут к двери, где Богдан зашнуровывает хайкинги.

*** ( Богдан идёт за покупками )

волшебная сила литературы

Удивительно: Богдановы сновидения на ходу засчитались мне в качестве собственных. Впервые за многие последние дни я чувствую себя совершенно выспавшейся, хотя спала два часа ночью и еще два - утром.

Может, уже полезное что-нибудь сделаю.

скетчбуки

Сделала пять книжек формата А6, четыре из них - альбомчики для рисования. В рельефных дракончиках бумага акварельная, в нарисованном - мелованная, в абстрактном пришельце - для цветных карандашей.
А в единственной книжной книжке - старинная бумага с водяными знаками-снежинками. В ней можно писать шариковой ручкой свою Зимнюю Книгу.

Прямо здесь и сейчас каждая стоит 800 рублей.
А потом я их, наверное, оттащу в Каледонский Лес продаваться, там они будут подороже, зато в любой момент можно будет зайти и полистать. Записные книжки гораздо лучше, когда их можно трогать. А их - можно.

А всё потому, что Ленка Альфацентаврова показала мне свой изрисованный акварельный молескин, и мне стало завидно. Такие у нее там штуки нарисованы, и такая там бумага прекрасная. И формат. И вообще. Почему у меня до сих пор не было молескина?
Но я так и не сделала альбомчика себе. Не знаю, почему.
В моих руках всякий альбом обретает свою тему, и дальше стоит незаконченным, потому что тема прошла. Уже полная полка таких набралась.

Не будьте, как я, берите себе альбомы, дарите их друзьям, рисуйте в них всё, что угодно. Они от этого только лучше станут.