![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
крабовое мясо
Oct. 8th, 2023 07:45 pmКоманда дирижабля продолжает скучать в незнакомом мире, но всё-таки находит способ развлечься. И даже не один.
Время тянулось и тянулось, а проход всё не открывался. Ката даже подумала, что, может быть, что-то сломалось в механизме можжевельника, и зажевала несколько зёрен кардамона, и даже почувствовала какой-то проход куда-то, но он создавал неприятное тошнотное ощущение в животе, было понятно, что идти туда не надо. И паучок заверял Айшу, что ту сторону всё еще штормит. А вот на жудзовом берегу погода была идеальная: лёгкий ветерок, ясное небо. Ярра еще раз ходила на охоту, но после второго раза лягушки надоели всем, кроме Аашвасты. Он расстроился и слетал в сторону гор, где жудзовые заросли хотя бы местами перемежались почти голыми скалами. Оттуда он принёс пучок приятно пахнущей пряной травы и для начала показал её паучку, тот явно восхитился, достал из корзинки муху, завернул в веточку травы и показательно сжевал, смотри, мол, здорово как. Тогда остальную траву Аашваста предъявил Овощу для анализа, тот траву одобрил - но сдобрить ею всё равно было нечего, кроме каши.
Паучок приходил теперь по утрам. Видимо, ему понравилось проводить часы мягкого утреннего солнца под защитой дирижабля. Иногда он приносил с собой рукоделие: то уже нарезанные полоски для корзин, то вязание, то отпиленные стволики жудзов, которые он покрывал мелкими насечками, используя простой каменный ножик. Ката тут же захотела такой ножик себе, потому что, при всей любви к изучению архаических технологий делать каменные ножи так и не научилась, да и, когда на это было время, в округе решительно не было никаких подходящих камней. Но еще больше её заинтересовал срез ствола жудза: он был чёрный, как будто паучок использовал квантовый резак. Даже без помощи Айши Кате удалось знаками объяснить паучку, что ей очень интересно, как это было сделано. И вечером того же дня паучок вернулся на берег с чем-то вроде маленького лука. На согнутый отщеп ствола была натянута тонкая до остроты шелковая нить. Из корзины паучок достал жудзовую палку, закрепил её меж двух береговых камней, примерил лук к палке, потом плюнул на палку и начал пилить в этом месте, как лобзиком. Место распила задымилось, хотя скорость паучок задал не слишком большую. "Ого", - подумала Ката, - "да у него во рту кислота!" Тут она начала предполагать, как эти люди делают свои каменные ножики: не может быть так, что слюна пауков выжигает не только дерево, но и камень? Тогда понятна листовидная форма клинка с тёмной точкой в начале каждого из идеальных сколов. Если сначала протравить, а потом ударять... Ну да, такому на летающих островах не научишься, даже если бы твёрдые камни там были. Паучок распилил палку и предъявил Кате идеально ровный чёрный срез. Ката вздохнула, вынула свой резак, которым до сих пор только пробивала дырки и попробовала срезать противоположный конец трубки. Нет, он, конечно же, поддался, но срез не был и вполовину таким же гладким, как у паучка. Ката всегда предполагала, что с развитием технологий что-то да теряется. Она села на песок, вырезала в жудзовой трубке углубление с краю и проделала шесть дырочек, получив самую простую народную дудку, такие делают везде, где есть трубчатые растения. Подудела в неё для пробы: строила она не очень, правильной мелодии не сыграешь, но для импровизации вполне себе инструмент, и сделан за пять минут. Паучок пришёл в восторг, защёлкал сразу четырьмя лапками, потом показал: дай, мол, попробовать. Но звук извлечь не смог, всё-таки срез трубки с углублением рассчитан на мягкие хуманские губы. После паучка, помня о кислоте, играть как-то уже не захотелось, Ката вернулась на борт и помыла дудку. А заодно и пошкурила края бруском для заточки ножа.
Внезапная дудка очень вдохновила скучающую команду, особенно Аашвасту. К этому моменту каждый уже искал утешения в рукоделии, даже капитан заявил, что выспался на год вперёд, и теперь лепил из белой глины страшные черепа; Механик очередной раз перебирал двигатель, благо, лететь в ближайшее время всё равно было не надо, а керамика еще копилась и сохла; Айша тренировалась в рисовании, Никки внезапно увлеклась кулинарией и теперь изучала применение нормальных продуктов по найденной в кают-компании кулинарной книге, Ричард пропадал в алхимической каюте, и каждый день сообщал, что вот-вот что-то получится, а Овощ вообще то ли спал, то ли тратил все силы на свой проект с проращиванием корней. И тут в дело вступили жудзы, и Аашваста на время отложил мечту о ледяной древесине и принялся изучать, можно ли из жудзовых стволов делать не духовые, а струнные. При помощи паучка и Айши он нашел таки действительно толстый стебель жудза, срезал его катиным резаком и теперь плёл из паучковых ниток струну. Но тут всё изменилось.
( Read more... )
Время тянулось и тянулось, а проход всё не открывался. Ката даже подумала, что, может быть, что-то сломалось в механизме можжевельника, и зажевала несколько зёрен кардамона, и даже почувствовала какой-то проход куда-то, но он создавал неприятное тошнотное ощущение в животе, было понятно, что идти туда не надо. И паучок заверял Айшу, что ту сторону всё еще штормит. А вот на жудзовом берегу погода была идеальная: лёгкий ветерок, ясное небо. Ярра еще раз ходила на охоту, но после второго раза лягушки надоели всем, кроме Аашвасты. Он расстроился и слетал в сторону гор, где жудзовые заросли хотя бы местами перемежались почти голыми скалами. Оттуда он принёс пучок приятно пахнущей пряной травы и для начала показал её паучку, тот явно восхитился, достал из корзинки муху, завернул в веточку травы и показательно сжевал, смотри, мол, здорово как. Тогда остальную траву Аашваста предъявил Овощу для анализа, тот траву одобрил - но сдобрить ею всё равно было нечего, кроме каши.
Паучок приходил теперь по утрам. Видимо, ему понравилось проводить часы мягкого утреннего солнца под защитой дирижабля. Иногда он приносил с собой рукоделие: то уже нарезанные полоски для корзин, то вязание, то отпиленные стволики жудзов, которые он покрывал мелкими насечками, используя простой каменный ножик. Ката тут же захотела такой ножик себе, потому что, при всей любви к изучению архаических технологий делать каменные ножи так и не научилась, да и, когда на это было время, в округе решительно не было никаких подходящих камней. Но еще больше её заинтересовал срез ствола жудза: он был чёрный, как будто паучок использовал квантовый резак. Даже без помощи Айши Кате удалось знаками объяснить паучку, что ей очень интересно, как это было сделано. И вечером того же дня паучок вернулся на берег с чем-то вроде маленького лука. На согнутый отщеп ствола была натянута тонкая до остроты шелковая нить. Из корзины паучок достал жудзовую палку, закрепил её меж двух береговых камней, примерил лук к палке, потом плюнул на палку и начал пилить в этом месте, как лобзиком. Место распила задымилось, хотя скорость паучок задал не слишком большую. "Ого", - подумала Ката, - "да у него во рту кислота!" Тут она начала предполагать, как эти люди делают свои каменные ножики: не может быть так, что слюна пауков выжигает не только дерево, но и камень? Тогда понятна листовидная форма клинка с тёмной точкой в начале каждого из идеальных сколов. Если сначала протравить, а потом ударять... Ну да, такому на летающих островах не научишься, даже если бы твёрдые камни там были. Паучок распилил палку и предъявил Кате идеально ровный чёрный срез. Ката вздохнула, вынула свой резак, которым до сих пор только пробивала дырки и попробовала срезать противоположный конец трубки. Нет, он, конечно же, поддался, но срез не был и вполовину таким же гладким, как у паучка. Ката всегда предполагала, что с развитием технологий что-то да теряется. Она села на песок, вырезала в жудзовой трубке углубление с краю и проделала шесть дырочек, получив самую простую народную дудку, такие делают везде, где есть трубчатые растения. Подудела в неё для пробы: строила она не очень, правильной мелодии не сыграешь, но для импровизации вполне себе инструмент, и сделан за пять минут. Паучок пришёл в восторг, защёлкал сразу четырьмя лапками, потом показал: дай, мол, попробовать. Но звук извлечь не смог, всё-таки срез трубки с углублением рассчитан на мягкие хуманские губы. После паучка, помня о кислоте, играть как-то уже не захотелось, Ката вернулась на борт и помыла дудку. А заодно и пошкурила края бруском для заточки ножа.
Внезапная дудка очень вдохновила скучающую команду, особенно Аашвасту. К этому моменту каждый уже искал утешения в рукоделии, даже капитан заявил, что выспался на год вперёд, и теперь лепил из белой глины страшные черепа; Механик очередной раз перебирал двигатель, благо, лететь в ближайшее время всё равно было не надо, а керамика еще копилась и сохла; Айша тренировалась в рисовании, Никки внезапно увлеклась кулинарией и теперь изучала применение нормальных продуктов по найденной в кают-компании кулинарной книге, Ричард пропадал в алхимической каюте, и каждый день сообщал, что вот-вот что-то получится, а Овощ вообще то ли спал, то ли тратил все силы на свой проект с проращиванием корней. И тут в дело вступили жудзы, и Аашваста на время отложил мечту о ледяной древесине и принялся изучать, можно ли из жудзовых стволов делать не духовые, а струнные. При помощи паучка и Айши он нашел таки действительно толстый стебель жудза, срезал его катиным резаком и теперь плёл из паучковых ниток струну. Но тут всё изменилось.
( Read more... )
