![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
что считать искусством
Feb. 25th, 2020 03:30 amПоиграли в блиц; а я тут по Сантехнику соскучилась и по простым вещам вроде искусства. Нельзя же всё время оставаться в плоскости жизни и смерти.
Выставка была супер. Ленка и Валера ходили по залу, глядя на подвижные металлические штуки и изнывали от зависти. Оба жили сейчас в коммуналках. Одна комната, где не особенно пошумишь, искусство можно делать только маленькое, карманное, на коленке. Ленка, например, кроме картин пристрастилась вязать шерстяных инопланетян, которые неплохо продавались в одной знакомой кофейне; Валера мастерил деревянно-латунные флэшки, наручи и гогглы - маленькие штуки, которые можно делать хоть в щели за холодильником. Оба хотели строить большие мобили с колёсами, суставчатыми лапами и перепончатыми крыльями. Или вот, например, модель дирижабля тоже было бы здорово. Но где уж там.
Вышли из зала на берег, там ветер по имени Ксантиппа живо развернул обоих в сторону Кожевенной линии: идите, мол, нечего вам тут. Бурый залив был весь исчерчен барашками, действительно, нечего нам тут. Нырнули во двор, миновали массивные ворота, напоминающие врата в Мордор, прижались к стене, Валера достал табак и машинку и принялся скручивать сигарету.
- Вот та штука с рамками была крутая, - сказала Ленка, поплотнее заматываясь в шарф.
- А мне камень понравился. И рыбосамолёт. А вот идей, чтобы применить твои банки, у меня что-то не появилось.
С тех пор, как Ленка, пользуясь скидкой, накупила коту корм в маленьких баночках, этих баночек стало как-то избыточно много. Выкидывать не вариант, это же не пластик дурацкий, а самая настоящая жесть, хоть и тонкая. Решили их собирать на какой-нибудь большой арт-объект, но строить его по-прежнему было негде, и банки копились в авоське в валериной коммуналке.
- Ну что, - предложил Валера, - идём в Башню? Может, спросим, нельзя ли у них пофигачить?
- Можно подумать, у них места много. Ладно, сходим, не так уж тут и далеко.
Но у шторма Ксантиппы было своё мнение. Стоило вывернуть на Наличную, как Ленке пришлось вцепиться в косуху Валеры, чтобы ветром не унесло. Вдоль улицы летела по своим делам картонная коробка из-под холодильника.
- Спасибо, что не кусок жести с крыши, - Ленка проводила коробку взглядом и поёжилась. - Слушай, вон автобус идёт, поехали на Петроградскую, фиг с ней, с Башней, в такую погоду мы до неё не дойдём.
Валера не возражал - он держал шляпу обеими руками, и руки явно уже замёрзли. А в автобусе было тепло.
Пока тащились по Большому проспекту, окончательно стемнело и пошел дождь. Изнутри автобуса это было даже приятно: там дождь, а мы тут ни при чем. Только передвижение отслеживать приходилось по поворотам: свернули - значит, это Восьмая, сейчас будет направо на Средний, потом налево на Первую, потом Тучков мост, потом направо и опять налево, потом три остановки и выходить, дальше пешком.
Но вышли, даже выскочили, на второй остановке после поворота, потому что из стены сгоревшего давным-давно и обмотанного зеленой сеткой дома ударил тёплый свет Лифта.
( Read more... )
Выставка была супер. Ленка и Валера ходили по залу, глядя на подвижные металлические штуки и изнывали от зависти. Оба жили сейчас в коммуналках. Одна комната, где не особенно пошумишь, искусство можно делать только маленькое, карманное, на коленке. Ленка, например, кроме картин пристрастилась вязать шерстяных инопланетян, которые неплохо продавались в одной знакомой кофейне; Валера мастерил деревянно-латунные флэшки, наручи и гогглы - маленькие штуки, которые можно делать хоть в щели за холодильником. Оба хотели строить большие мобили с колёсами, суставчатыми лапами и перепончатыми крыльями. Или вот, например, модель дирижабля тоже было бы здорово. Но где уж там.
Вышли из зала на берег, там ветер по имени Ксантиппа живо развернул обоих в сторону Кожевенной линии: идите, мол, нечего вам тут. Бурый залив был весь исчерчен барашками, действительно, нечего нам тут. Нырнули во двор, миновали массивные ворота, напоминающие врата в Мордор, прижались к стене, Валера достал табак и машинку и принялся скручивать сигарету.
- Вот та штука с рамками была крутая, - сказала Ленка, поплотнее заматываясь в шарф.
- А мне камень понравился. И рыбосамолёт. А вот идей, чтобы применить твои банки, у меня что-то не появилось.
С тех пор, как Ленка, пользуясь скидкой, накупила коту корм в маленьких баночках, этих баночек стало как-то избыточно много. Выкидывать не вариант, это же не пластик дурацкий, а самая настоящая жесть, хоть и тонкая. Решили их собирать на какой-нибудь большой арт-объект, но строить его по-прежнему было негде, и банки копились в авоське в валериной коммуналке.
- Ну что, - предложил Валера, - идём в Башню? Может, спросим, нельзя ли у них пофигачить?
- Можно подумать, у них места много. Ладно, сходим, не так уж тут и далеко.
Но у шторма Ксантиппы было своё мнение. Стоило вывернуть на Наличную, как Ленке пришлось вцепиться в косуху Валеры, чтобы ветром не унесло. Вдоль улицы летела по своим делам картонная коробка из-под холодильника.
- Спасибо, что не кусок жести с крыши, - Ленка проводила коробку взглядом и поёжилась. - Слушай, вон автобус идёт, поехали на Петроградскую, фиг с ней, с Башней, в такую погоду мы до неё не дойдём.
Валера не возражал - он держал шляпу обеими руками, и руки явно уже замёрзли. А в автобусе было тепло.
Пока тащились по Большому проспекту, окончательно стемнело и пошел дождь. Изнутри автобуса это было даже приятно: там дождь, а мы тут ни при чем. Только передвижение отслеживать приходилось по поворотам: свернули - значит, это Восьмая, сейчас будет направо на Средний, потом налево на Первую, потом Тучков мост, потом направо и опять налево, потом три остановки и выходить, дальше пешком.
Но вышли, даже выскочили, на второй остановке после поворота, потому что из стены сгоревшего давным-давно и обмотанного зеленой сеткой дома ударил тёплый свет Лифта.
( Read more... )
