Новое обиталище Падре
Jul. 3rd, 2023 03:52 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kattrendМы думали, что эта глава (она семьдесят первая по счету) будет лёгкой и весёлой, потому что команда возвращается домой отдыхать, но вышло не совсем так.
Дирижабль пришвартовался не к своей домашней пристани, а к "Ветке" около Вишенки, потому что вернулся как раз к анонсированной Хашшавутом ярмарке. Здесь нельзя было подключиться к воде и канализации, потому что пристань считалась временной и рабочей, но можно было оставить корабль на день, чтобы хорошенько изучить ярмарку.
- Бабушка говорит, что мы не можем на этой ярмарке торговать, - сообщил Овощ, - это детская ярмарка. По возрасту я бы мог, я же еще маленький. Но у меня есть только синие картинки, а тетрадки уже не годятся, потому что в них участвовали взрослые. Бабушка говорит, отдыхайте. Прикупите что-нибудь из детского творчества. Ой, а еще она говорит, чтобы мы молчали о том, что сделали. Я не понял, почему.
Ярра, подумав, предположила:
- Чтобы не подавать дурного примера?
- Скорей всего, - усмехнулась Ката, - пойду, выберу одежду. Отдыхать нужно в красивом.
- Очень жарко дома, особенно наверху, - проворчал капитан, - камзола не наденешь толком.
- Зато килт, - хихикнула Айша, - и чулки можно не надевать.
Всё поле между причалами Вишенки и розовым трактиром Фара Фаренги было заставлено разноцветными торговыми палатками. По расцветке пластика тентов нетрудно было догадаться, что печатные автоматы дети тоже программировали сами: одноцветных среди них практически не было. Иногда, как в случае палатки ыр-хе, преобладали национальные растительные узоры, но чаще детская фантазия летела свободно в открытом пространстве. Что-то выглядело снаружи прямо жутковато, а внутри могли продаваться вполне милые вещи: плюшевые игрушки или накладные детали для косплея других рас. Команда расслабленно бродила по ярмарке, иногда встречая знакомых, общее ощущение было настолько домашним, что через некоторое время каждый обнаружил, что, вежливо кивая и улыбаясь детям в палатках и взрослым вне их, старательно продвигается по направлению к бару Фара Фаренги. Не то чтобы кому-то из команды было нужно что-то из того, что делают дети - или в это надо было слишком глубоко вникать, чтобы разобраться, нужно тебе это или нет. Потому что некоторые из подростков, например, продавали какие-то полезные приборы, ну, то есть, наверняка для чего-то полезные, но не скажешь ведь с первого взгляда, для чего именно. Бар в такой ситуации привлекал сильнее, да и интересно было, насколько его хозяин продвинулся в его создании.
Бар Фара оказался уже совершенно готов и хорошо обустроен, и в нем было даже немножко слишком прохладно. Фар таки построил себе ледяную барную стойку, а в углу бара лежала стопка пушистых пледов на случай, если кто-то замёрзнет. Сам он подпирал собою стеллаж с трехногими бутылками, явно не стремясь прикасаться к собственной стойке. Ледяной стол окружали дети с мороженым.
- Что будете? - оживился Фар.
- Давай просто шидра на всех, - отозвалась Ярра, - и расскажи, как тут у тебя.
- О, ну, у меня отлично, - пожал плечами Фар, - народ пьёт и ест, растунция ваша прижилась и вроде дала уже несколько новых листьев, но до молока ей, кажется, далеко. Но зато отлично пригодился Чвак. Кирпичи мне больше не нужны, так что мы его немножко перенастроили и теперь печатаем игровое оружие. Собственно, через пару часов будет детский турнир. Ну, как детский. Подростки Падре уже много чего в жизни видали, но всё-таки несовершеннолетние.
- А сам-то Падре где?
- Правила утрясает. Ящерики требуют справедливости, мол, все, кроме ящериков, неполноценные со своими четырьмя конечностями, и поэтому должны получить фору в один ход. Падре на это возражает, что у подвальников есть охотничий опыт, у сахвичи руки длинные...
- Сахвичи - это кто? - заинтересовалась Айша.
- Ну, рыжие такие приматы, их тут огромная семья, да вы их знаете наверняка. Помните, они мне материалы подвозили.
- Знаем, - согласилась Айша, - только они никогда не говорили, как их народ называется.
- Ну, не знаю. Многим просто это слово не нравится, может, потому и не называют, хотя, с другой стороны, вот ыр-хе же. Самоназвание народа начинается на Ы, что может быть хуже. А не стесняются. Ну, не знаю я, может, разговор не зашёл. В общем, там сейчас утрясают правила, чтобы все были в равном положении. А материал у нас отличный вышел, я и себе напечатал кое-что, - он сунул руку под стойку и извлёк очень реалистичную древнего вида чугунную сковороду.
- Погоди, это что? - всмотрелась в сковороду Ката. Чугун чугуном, но в том, как легко Фар выдернул её из-под стойки, чуялся подвох, - это ты победил-таки цвет?
- Пришлось вставить дополнительный блок с жидкими красителями, - признался Фар, - а не то всё получалось розовым. Зато теперь можно программировать цвет в точности, - он поднял сковороду и с силой ударил себя по лбу. Сковорода отскочила, и по лицу Фара было видно, что удар был скорее приятным, - хотите подержать?
Айша ухватила сковороду первой и вскричала:
- Какая же она тактильная! И лёгкая! - она тоже стукнула себя по голове и расплылась в счастливой улыбке, - как это забавно, когда видишь тяжелую чугунную штуку, а она лёгкая, мягкая и упругая. Так ты теперь печатаешь такие игрушки?
- Ну, такая только одна, - ухмыльнулся Фар, - кому попало я сковородку не доверю. А вот всякие там мечи, шпаги, боевые лопаты, магические посохи и во что там еще играют. Ножиков печатал множество.
- А зарики не пробовал? - заинтересовалась Айша.
- А то, - Фар достал из-под стойки двенадцатигранник, с виду похожий на костяной, - но толку от этого мало. Слишком упругий материал. Упрыгивает.
Айша взяла у Фара зарик, покатала его в руке, потом на пробу бросила на стойку, но тот отскочил, как мячик, запрыгал по полу и укатился куда-то под стол.
- Я достану, - вызвался один из мальчишек, залез под стол и оттуда сообщил, - у вас тут одиннадцать, если что, - он вылез из-под стола и принёс зарик Айше.
В этот момент в бар вошла ворона.
- Крэки! - воскликнула Кася, - что, у тебя мясо кончилось? Я же тебе много оставила.
- Мяса - много? Абсурд! - каркнул Крэки, - Падре пришёл. Дррруг зовёт всех.
- О, - сказал капитан и отставил стакан, - так это эээ идти надо, у него же вечно времени нет.
- Я вам дам пластиковые стаканчики с собой, - нашёлся Фар, - допьёте на ходу.
Команда вышла из бара, Крэки вспорхнул на плечо капитана.
- Ээээ, чувак, может, ты кого другого выберешь? - буркнул капитан.
Крэки каркнул неразборчиво, снова поднялся в воздух и улетел в сторону дирижабля. Мол, подумаешь, не очень-то и хотелось кататься, сам я все равно быстрее.
Падре сидел на палубе юта, уткнувшись в коммуникатор, и поднял голову, только когда его обступила вся команда.
- А, это вы, - сказал он, - есть дело.
- Только пришёл - и сразу дело, - вздохнула Кася, - нет бы поесть.
- Есть я буду после турнира, - объяснил Падре, - только-только турнирную таблицу свёл, чтобы всё честно было. А вы, пожалуйста, не улетайте. Дело серьёзное. Я вас в гости приглашаю.
- В смысле, ты что, нашел себе постоянное жилище? - удивился капитан.
- Да, снял себе отличный старый дредноут около библиотеки, - сообщил Падре, - похоже, ребята, я с вами больше не летаю. Не могу оставить моих подопечных, да и с диссертацией еще работать и работать. И, похоже, мне понадобится томограф. С некоторыми моими ребятами всё непросто.
- Как-то это грустно, - вздохнула Айша.
- Да ладно! Вы теперь под божественным присмотром, - усмехнулся Падре, - мои духовные услуги больше не нужны. Ну и потом, считается, что и вы живёте на Тортуге.
- Видали мы такой присмотр, - проворчала Ярра, - как бы под этим присмотром не пропасть совсем.
- Уж если Хашшавут благословенный в вас верит, то кто я такой, чтобы не верить, - пожал плечами Падре, - в общем, план такой. Предлагаю после турнира лететь прямо к библиотеке, там есть гостевой причал, недорогой. Заодно и меня подвезёте. И томограф выгрузим.
- О, и мы узнаем, есть ли в этой каюте меркаба? - оживилась Айша.
- Да конечно есть, - буркнул Падре, - вот тоже проблема. Ладно, я пошёл. Увидимся вечером. Если придёте смотреть турнир - будете молодцы.
- Мы как раз успеем до турнира поесть, - предложила Кася, - а то как-то на этой ярмарке маловато еды.
За обедом все выглядели подавленными. Одно дело, когда Падре вот сейчас всё допишет и вернётся путешествовать, и совсем другое, когда окончательно ясно, что он нашел себе дело по душе прямо на Тортуге. И ведь дело-то хорошее, не поспоришь. Не всё младшее поколение обитателей дна было готово так и прозябать на дне, а, значит, им действительно нужна помощь в подъёме и социализации, но почему именно Падре?
- Да потому что у него талант, - вслух сказала Ката, - он точно знает, что с этими подростками делать. Вы видели, как он им объясняет фехтовальные позиции? Это же песня, праздник и лучшая проповедь на свете. Деваться некуда, он прирождённый педагог, а мы-то все выросли уже.
- Я не вырос, - грустно сказал Овощ, - он мог бы воспитывать меня. Правда, я не очень хорош в фехтовании. Но он и другие вещи объясняет очень понятно. А еще есть котята. Они тоже ещё не выросли.
- И их пора раздавать, - напомнила Айша, - кстати, кажется, ярмарка отличное место для раздачи котят.
- Продажи, - возразила Ярра, - Хашшавут проклянёт нас, если мы что-то будем бесплатно раздавать. А значит, надо выяснить условия. Бабушка же сказала, что торгуют только дети.
- Я узнаю, - пообещал Овощ, и команда снова вернулась к еде.
После обеда команда отправилась на поле, где уже огородили участок земли белой веревкой. Ката оглянулась, ища, не несёт ли кто-нибудь тент, чтобы натянуть над турнирной площадкой, потому что многие из участников турнира были нижниками, не привыкшими к открытому свету; тента не было, но, как оказалось, организаторы фестиваля предусмотрели защиту: над полем летал небольшой круглый летательный аппарат, выпускавший облака пара. Как овчарка отару, он согнал облака над Вишенкой и полем, резко потемнело, как будто собрался дождь. Команда нашла себе места среди зрителей, теснившихся кольцом вокруг поля; передний ряд сидел прямо на грунте, и Механик немедленно нашел там себе местечко и разлёгся. Остальные расположились хаотически, кто где нашел себе место. Ката уселась у ног какого-то ящерика, снисходительно посмотревшего на нее сверху: он-то твёрдо стоял на свох четырёх ногах и, видимо, готов был стоять так, пока его ребёнок не выиграет турнир. Спортивные состязания Кату в целом не очень интересовали, да и сочувствовать тут было непонятно, кому: дети как дети, все симпатичные. Но ей всегда было приятно смотреть, как азартно командует Падре. Объявили очередность поединков, и турнир начался.
В какой-то момент Ката подумала, что ящерики всё-таки дают маху в своём высокомерии, потому что мобильность и длинные руки рыжих приматов, не любящих своего названия, служат им огромным подспорьем. В целом, ребята сражались на равных. И, кстати, мечи у них были достоверного металлического цвета, хотя и гнулись вместо того, чтобы вонзиться в соперника.
- А ведь Хашшавут тут промахнулся, - услышала Ката и обернулась. Айша подползла к ней, не вставая, чтобы не загораживать обзор другим, и теперь показывала на турнирное оружие, - мечи не розовые.
- Сильный аргумент в пользу того, что свои видео он всё-таки генерит, а не снимает, - предположила Ката, - не надо ему было снять документальный фильм, а надо было нас зачем-то домой вернуть.
- Вот я и думаю, только ли чтобы мы турнир посмотрели.
- Бог его знает, - засмеялась Ката. Кажется, дурацкая шутка всё еще не потеряла смысла.
- Ой, а мне Овощ пишет, - подняла коммуникатор Айша, - мы можем продать котят, если их будет продавать Овощ. Он сказал, что сам всё сделает. Если не нужна площадка на ярмарке, а она не нужна, он может заявиться и сейчас. Его внесут в карту ярмарки, и, может быть, кто и зайдёт. Даже наоборот, если апдейт ярмарки придёт сейчас, это может даже больше внимания привлечь. Хорошо бы. А то они такие уже резвые выросли, что я, боюсь, не удержим мы их в форпике.
Турнир продолжался, и Айша начала набрасывать фехтующих подростков в самодельном блокноте, Ярра сходила к Фару Фаренги и вернулась с целой бутылкой шидра, капитан неожиданно заинтересовался фехтованием и болел, кажется, за того рыжего примата. В результате капитан остался очень доволен, потому что именно этот мальчишка и победил. Когда ему вручали приз, рыжий изобразил такую солнечную улыбку, что, казалось, пару секунд состоял из одних сияющих прямых зубов. Второй приз получила бледная девочка из нижников с узким оружием, не то мечом, не то шпагой, которое выбрала, видимо, из-за внешнего сходства: и сама она выглядело узкой и резкой. Третий приз достался как раз высокомерному мальчишке ыр-хе.
Когда команда вернулась на корабль, оказалось, что Овощ продал пять котят из шести. Один, совершенно чёрный, как его отец, всё еще оставался с ним, резвился в ящике Овоща, и смотреть на него было сложно, потому что он бегал от ствола в сторону разложенной у задней стороны ящика лиловой линии и обратно. Крэки внимательно за ним следил, и, если тот убегал слишком далеко, летел за ним и хватал за хвостик.
- Да уж, - нахмурилась Айша, - если горизонт там разрастётся, в этих пространствах мы много сможем чего спрятать. А вот кота бы туда не упустить.
- Мя, - сказала лежащая рядом Блошка и посмотрела на Крэки, видимо, показывая, что пастух котят у неё есть.
- Все были очень рады узнать, что мы продаём детёнышей драконьей блохи, - отрапортовал Овощ, - но вот один остался. А нам уже надо улетать, да?
- Падре еще ээээ не пришёл, - сказал капитан, - так что время терпит.
Команда разбрелась кто куда, возле ящика Овоща осталась только Айша, которой было интересно наблюдать за перемещениями котёнка. И тут к борту подлетел малюсенький катер, практически летающая доска, в которой твердо стоял на четырёх ногах старый знакомый Караманшафтар. Он залетел прямо на мостик к Овощу, соскочил с катера и спросил:
- А правда ты тут детёнышей драконьей блохи продаёшь? Возможно, мне надо. Я ж почти дракон. Может, я ему понравлюсь.
- Позови его, - предложил Овощ, - а то ему понравилось там носиться.
- А как его зовут?
- Имени у него пока нет, можешь звать его Кот. Это мальчик.
- Кот! Эй, кот! - позвал Караман, - тебе не нужен дракон? Ну, почти, - он протянул руку в направлении горизонта и нахмурился, потому что не дотянулся до котёнка. Но котёнок сам его учуял, повёл носом и побежал обратно к стволу Овоща. Внимательно обнюхал когтистую чешуйчатую руку Карамана - и побежал по ней к его шее. Похоже, запах Карамана показался ему очень привлекательным.
- Кажется, я ему нравлюсь, - удивился Караман, - кто бы мог подумать, и он мне нравится, - он протянул Овощу свой идент, оба идента звякнули. Котёнок между тем топтался в основании его шеи, устраиваясь, судя по всему, надолго.
- Ну, что, друзья мои, - раздался с палубы весёлый голос Падре, - мы летим или где?
- Летим, если ты объяснишь куда, - ответила Айша. Караман как раз вскочил в свой катер и стартовал прямо с палубы.
В этот раз навигаторы совсем не были нужны, зато Пушку нашлась непростая и ювелирная работа - провести "ЧП" мимо выступов, лестниц, причалов и труб правого крыла и аккуратно прислонить к гостевому причалу библиотеки.
- Ну, а теперь помогайте мне выгружаться, - потребовал Падре.
- О, я-то с удовольствием! - воскликнула Ярра, - неужели глиняный томограф реально существует? И мы его увидим? Ради этого я даже готова что-нибудь таскать.
- Если ты будешь таскать, ты прямо прочувствуешь, насколько он существует, - буркнул Падре, - но я предпочитаю думать, что таскать будут Пушок и Механик. И только до катера, а дальше мы довезём его катером. Видите, лестница ведёт наверх, к балкону, и там растёт рахойя? Вот нам туда.
- А это рахойя? - переспросила Айша, - и это точно дредноут?
- Рахойя - это такая лиана, - объяснил Падре, - плодоносящая. А балкон - это галерея старого корабля. Его порядком перестроили, и в нём сдают жилую каюту с кухней и бывшую кают-компанию, для тренировок. Работаю я все равно в библиотеке, зато будет где тренироваться. Короче, чего мы тянем?
Все собрались в коридоре, момент был волнующий, и это был первый раз, когда команда видела дверь в каюту Падре открытой настежь. Глиняный томограф занимал её всю, осталось места только на узенький шкаф, откуда Падре вынул уже упакованную дорожную сумку и повесил на плечо. Если честно, томограф был не совсем глиняный. Он был собран из высокотехнологичных керамических деталей, и Падре принялся живо отстёгивать защёлки и разбирать его на части. Первым он разобрал громадное кольцо с катушкой, Пушок протянул лапы, чтобы выгружать детали в кают-компанию.
- Так вот он какой, - сказал капитан.
- Капитан ТэВэ, - усмехнулась Ярра, - как-то же он его туда загрузил. Как вышло, что ты этого не видел?
- Да я, может, и видел, - покивал капитан, - но я тогда большую часть жизни в трансе проводил. Может, он даже меня туда укладывал, да я не помню.
- Было дело, - прорычал Падре, выволакивая очередную деталь, - да помогайте же, он тяжелый, как...
- А вот и меркаба, - Айша показала на свисающую с подволока восьмилучёвую звезду.
- А вот это я вам оставлю, - обернулся Падре, - пригодится. Так, ну, теперь тащим это всё на палубу и грузим.
В результате катер оказался загруженным настолько, что места осталось только для одного. Тогда Падре сам погрузился в катер, аккуратно поднял его и увёз на свой увитый лианой балкон. Там ему пришлось выгружаться самому.
- Ну вот, - вздохнула Ката, - одной тайной на борту меньше. И еще одна свободная каюта.
- Пойдём пока, покурим, - предложила Ярра.
С бака было хорошо видно устройство библиотеки. В ней было много этажей, и больше всего она походила на часть пассажирского лайнера. Причём, довольно старого пассажирского лайнера, той еще эпохи, когда разумные обитатели мультиверсума никуда не торопились, а вот пираты, видимо, не зевали. Приятно, что былое зло, захват пассажирского корабля, теперь использовалось для научных и образовательных целей.
Катер вернулся к дирижаблю и аккуратно лёг на ростры, Падре вылез на палубу бака и заявил:
- Только вот не думайте, что я вас бросаю. Вам же понадобится информационная поддержка, этот темнила, будь благословенно его имя, никогда не раскроет вам всех карт. Пишите! Спрашивайте. Будьте мне, пожалуйста, на связи. И вообще, идём, покажу вам моё новое обиталище.
Конура Падре оказалась немногим больше его каюты, но, по крайней мере, в ней было место отдельно для томографа, отдельно для кровати. С помощью Пушка и Механика удалось освободить балкон от деталей прибора, а вот стульев на балконе не было, и команда расселась прямо на полу (или следовало называть его палубой? На Тортуге это был вечный неразрешимый вопрос) и распила тёмную древесную бутылку, прихваченную предусмотрительной Касей. Отсюда вид был еще лучше, чем от пристани.
- Ладно, может, в осёдлости что-то и есть, - вздохнула Ярра, - красиво. И можно спокойно работать.
- Может быть, это такой период, - задумчиво отозвался Падре, - ресурсы подвалов не безграничны, а те, кого мне уже удалось вывести, довольно быстро адаптируются. Когда-нибудь они смогут сами. А некоторые наотрез отказываются выходить, в смысле, у нас тут свой ад, у вас там наверху свой, и нечего лезть. Тот же Астроном ушел туда работать по доброй воле, например, и нельзя сказать, что он не влияет на тамошних жителей. Если я выведу и адаптирую всех желающих, моя миссия будет исполнена, и я снова смогу путешествовать. Может, и диссертацию к этому времени допишу. И уж точно тогда придётся лететь вот хотя бы на Квадривиум для защиты. Короче, не падайте духом, дети мои, всё еще будет. И в гости заходите ещё.
Айша вздохнула. И ведь вроде бы Падре и так уже довольно давно не летал с командой. Но вывоз томографа и пустая каюта с меркабой словно поставили окончательную точку. А что будет в следующем абзаце - Хашшавут знает. А может быть, не знает и он, потому что свободную волю дирижабля "Чемодан Приключений" никто еще не отменял.
Дирижабль пришвартовался не к своей домашней пристани, а к "Ветке" около Вишенки, потому что вернулся как раз к анонсированной Хашшавутом ярмарке. Здесь нельзя было подключиться к воде и канализации, потому что пристань считалась временной и рабочей, но можно было оставить корабль на день, чтобы хорошенько изучить ярмарку.
- Бабушка говорит, что мы не можем на этой ярмарке торговать, - сообщил Овощ, - это детская ярмарка. По возрасту я бы мог, я же еще маленький. Но у меня есть только синие картинки, а тетрадки уже не годятся, потому что в них участвовали взрослые. Бабушка говорит, отдыхайте. Прикупите что-нибудь из детского творчества. Ой, а еще она говорит, чтобы мы молчали о том, что сделали. Я не понял, почему.
Ярра, подумав, предположила:
- Чтобы не подавать дурного примера?
- Скорей всего, - усмехнулась Ката, - пойду, выберу одежду. Отдыхать нужно в красивом.
- Очень жарко дома, особенно наверху, - проворчал капитан, - камзола не наденешь толком.
- Зато килт, - хихикнула Айша, - и чулки можно не надевать.
Всё поле между причалами Вишенки и розовым трактиром Фара Фаренги было заставлено разноцветными торговыми палатками. По расцветке пластика тентов нетрудно было догадаться, что печатные автоматы дети тоже программировали сами: одноцветных среди них практически не было. Иногда, как в случае палатки ыр-хе, преобладали национальные растительные узоры, но чаще детская фантазия летела свободно в открытом пространстве. Что-то выглядело снаружи прямо жутковато, а внутри могли продаваться вполне милые вещи: плюшевые игрушки или накладные детали для косплея других рас. Команда расслабленно бродила по ярмарке, иногда встречая знакомых, общее ощущение было настолько домашним, что через некоторое время каждый обнаружил, что, вежливо кивая и улыбаясь детям в палатках и взрослым вне их, старательно продвигается по направлению к бару Фара Фаренги. Не то чтобы кому-то из команды было нужно что-то из того, что делают дети - или в это надо было слишком глубоко вникать, чтобы разобраться, нужно тебе это или нет. Потому что некоторые из подростков, например, продавали какие-то полезные приборы, ну, то есть, наверняка для чего-то полезные, но не скажешь ведь с первого взгляда, для чего именно. Бар в такой ситуации привлекал сильнее, да и интересно было, насколько его хозяин продвинулся в его создании.
Бар Фара оказался уже совершенно готов и хорошо обустроен, и в нем было даже немножко слишком прохладно. Фар таки построил себе ледяную барную стойку, а в углу бара лежала стопка пушистых пледов на случай, если кто-то замёрзнет. Сам он подпирал собою стеллаж с трехногими бутылками, явно не стремясь прикасаться к собственной стойке. Ледяной стол окружали дети с мороженым.
- Что будете? - оживился Фар.
- Давай просто шидра на всех, - отозвалась Ярра, - и расскажи, как тут у тебя.
- О, ну, у меня отлично, - пожал плечами Фар, - народ пьёт и ест, растунция ваша прижилась и вроде дала уже несколько новых листьев, но до молока ей, кажется, далеко. Но зато отлично пригодился Чвак. Кирпичи мне больше не нужны, так что мы его немножко перенастроили и теперь печатаем игровое оружие. Собственно, через пару часов будет детский турнир. Ну, как детский. Подростки Падре уже много чего в жизни видали, но всё-таки несовершеннолетние.
- А сам-то Падре где?
- Правила утрясает. Ящерики требуют справедливости, мол, все, кроме ящериков, неполноценные со своими четырьмя конечностями, и поэтому должны получить фору в один ход. Падре на это возражает, что у подвальников есть охотничий опыт, у сахвичи руки длинные...
- Сахвичи - это кто? - заинтересовалась Айша.
- Ну, рыжие такие приматы, их тут огромная семья, да вы их знаете наверняка. Помните, они мне материалы подвозили.
- Знаем, - согласилась Айша, - только они никогда не говорили, как их народ называется.
- Ну, не знаю. Многим просто это слово не нравится, может, потому и не называют, хотя, с другой стороны, вот ыр-хе же. Самоназвание народа начинается на Ы, что может быть хуже. А не стесняются. Ну, не знаю я, может, разговор не зашёл. В общем, там сейчас утрясают правила, чтобы все были в равном положении. А материал у нас отличный вышел, я и себе напечатал кое-что, - он сунул руку под стойку и извлёк очень реалистичную древнего вида чугунную сковороду.
- Погоди, это что? - всмотрелась в сковороду Ката. Чугун чугуном, но в том, как легко Фар выдернул её из-под стойки, чуялся подвох, - это ты победил-таки цвет?
- Пришлось вставить дополнительный блок с жидкими красителями, - признался Фар, - а не то всё получалось розовым. Зато теперь можно программировать цвет в точности, - он поднял сковороду и с силой ударил себя по лбу. Сковорода отскочила, и по лицу Фара было видно, что удар был скорее приятным, - хотите подержать?
Айша ухватила сковороду первой и вскричала:
- Какая же она тактильная! И лёгкая! - она тоже стукнула себя по голове и расплылась в счастливой улыбке, - как это забавно, когда видишь тяжелую чугунную штуку, а она лёгкая, мягкая и упругая. Так ты теперь печатаешь такие игрушки?
- Ну, такая только одна, - ухмыльнулся Фар, - кому попало я сковородку не доверю. А вот всякие там мечи, шпаги, боевые лопаты, магические посохи и во что там еще играют. Ножиков печатал множество.
- А зарики не пробовал? - заинтересовалась Айша.
- А то, - Фар достал из-под стойки двенадцатигранник, с виду похожий на костяной, - но толку от этого мало. Слишком упругий материал. Упрыгивает.
Айша взяла у Фара зарик, покатала его в руке, потом на пробу бросила на стойку, но тот отскочил, как мячик, запрыгал по полу и укатился куда-то под стол.
- Я достану, - вызвался один из мальчишек, залез под стол и оттуда сообщил, - у вас тут одиннадцать, если что, - он вылез из-под стола и принёс зарик Айше.
В этот момент в бар вошла ворона.
- Крэки! - воскликнула Кася, - что, у тебя мясо кончилось? Я же тебе много оставила.
- Мяса - много? Абсурд! - каркнул Крэки, - Падре пришёл. Дррруг зовёт всех.
- О, - сказал капитан и отставил стакан, - так это эээ идти надо, у него же вечно времени нет.
- Я вам дам пластиковые стаканчики с собой, - нашёлся Фар, - допьёте на ходу.
Команда вышла из бара, Крэки вспорхнул на плечо капитана.
- Ээээ, чувак, может, ты кого другого выберешь? - буркнул капитан.
Крэки каркнул неразборчиво, снова поднялся в воздух и улетел в сторону дирижабля. Мол, подумаешь, не очень-то и хотелось кататься, сам я все равно быстрее.
Падре сидел на палубе юта, уткнувшись в коммуникатор, и поднял голову, только когда его обступила вся команда.
- А, это вы, - сказал он, - есть дело.
- Только пришёл - и сразу дело, - вздохнула Кася, - нет бы поесть.
- Есть я буду после турнира, - объяснил Падре, - только-только турнирную таблицу свёл, чтобы всё честно было. А вы, пожалуйста, не улетайте. Дело серьёзное. Я вас в гости приглашаю.
- В смысле, ты что, нашел себе постоянное жилище? - удивился капитан.
- Да, снял себе отличный старый дредноут около библиотеки, - сообщил Падре, - похоже, ребята, я с вами больше не летаю. Не могу оставить моих подопечных, да и с диссертацией еще работать и работать. И, похоже, мне понадобится томограф. С некоторыми моими ребятами всё непросто.
- Как-то это грустно, - вздохнула Айша.
- Да ладно! Вы теперь под божественным присмотром, - усмехнулся Падре, - мои духовные услуги больше не нужны. Ну и потом, считается, что и вы живёте на Тортуге.
- Видали мы такой присмотр, - проворчала Ярра, - как бы под этим присмотром не пропасть совсем.
- Уж если Хашшавут благословенный в вас верит, то кто я такой, чтобы не верить, - пожал плечами Падре, - в общем, план такой. Предлагаю после турнира лететь прямо к библиотеке, там есть гостевой причал, недорогой. Заодно и меня подвезёте. И томограф выгрузим.
- О, и мы узнаем, есть ли в этой каюте меркаба? - оживилась Айша.
- Да конечно есть, - буркнул Падре, - вот тоже проблема. Ладно, я пошёл. Увидимся вечером. Если придёте смотреть турнир - будете молодцы.
- Мы как раз успеем до турнира поесть, - предложила Кася, - а то как-то на этой ярмарке маловато еды.
За обедом все выглядели подавленными. Одно дело, когда Падре вот сейчас всё допишет и вернётся путешествовать, и совсем другое, когда окончательно ясно, что он нашел себе дело по душе прямо на Тортуге. И ведь дело-то хорошее, не поспоришь. Не всё младшее поколение обитателей дна было готово так и прозябать на дне, а, значит, им действительно нужна помощь в подъёме и социализации, но почему именно Падре?
- Да потому что у него талант, - вслух сказала Ката, - он точно знает, что с этими подростками делать. Вы видели, как он им объясняет фехтовальные позиции? Это же песня, праздник и лучшая проповедь на свете. Деваться некуда, он прирождённый педагог, а мы-то все выросли уже.
- Я не вырос, - грустно сказал Овощ, - он мог бы воспитывать меня. Правда, я не очень хорош в фехтовании. Но он и другие вещи объясняет очень понятно. А еще есть котята. Они тоже ещё не выросли.
- И их пора раздавать, - напомнила Айша, - кстати, кажется, ярмарка отличное место для раздачи котят.
- Продажи, - возразила Ярра, - Хашшавут проклянёт нас, если мы что-то будем бесплатно раздавать. А значит, надо выяснить условия. Бабушка же сказала, что торгуют только дети.
- Я узнаю, - пообещал Овощ, и команда снова вернулась к еде.
После обеда команда отправилась на поле, где уже огородили участок земли белой веревкой. Ката оглянулась, ища, не несёт ли кто-нибудь тент, чтобы натянуть над турнирной площадкой, потому что многие из участников турнира были нижниками, не привыкшими к открытому свету; тента не было, но, как оказалось, организаторы фестиваля предусмотрели защиту: над полем летал небольшой круглый летательный аппарат, выпускавший облака пара. Как овчарка отару, он согнал облака над Вишенкой и полем, резко потемнело, как будто собрался дождь. Команда нашла себе места среди зрителей, теснившихся кольцом вокруг поля; передний ряд сидел прямо на грунте, и Механик немедленно нашел там себе местечко и разлёгся. Остальные расположились хаотически, кто где нашел себе место. Ката уселась у ног какого-то ящерика, снисходительно посмотревшего на нее сверху: он-то твёрдо стоял на свох четырёх ногах и, видимо, готов был стоять так, пока его ребёнок не выиграет турнир. Спортивные состязания Кату в целом не очень интересовали, да и сочувствовать тут было непонятно, кому: дети как дети, все симпатичные. Но ей всегда было приятно смотреть, как азартно командует Падре. Объявили очередность поединков, и турнир начался.
В какой-то момент Ката подумала, что ящерики всё-таки дают маху в своём высокомерии, потому что мобильность и длинные руки рыжих приматов, не любящих своего названия, служат им огромным подспорьем. В целом, ребята сражались на равных. И, кстати, мечи у них были достоверного металлического цвета, хотя и гнулись вместо того, чтобы вонзиться в соперника.
- А ведь Хашшавут тут промахнулся, - услышала Ката и обернулась. Айша подползла к ней, не вставая, чтобы не загораживать обзор другим, и теперь показывала на турнирное оружие, - мечи не розовые.
- Сильный аргумент в пользу того, что свои видео он всё-таки генерит, а не снимает, - предположила Ката, - не надо ему было снять документальный фильм, а надо было нас зачем-то домой вернуть.
- Вот я и думаю, только ли чтобы мы турнир посмотрели.
- Бог его знает, - засмеялась Ката. Кажется, дурацкая шутка всё еще не потеряла смысла.
- Ой, а мне Овощ пишет, - подняла коммуникатор Айша, - мы можем продать котят, если их будет продавать Овощ. Он сказал, что сам всё сделает. Если не нужна площадка на ярмарке, а она не нужна, он может заявиться и сейчас. Его внесут в карту ярмарки, и, может быть, кто и зайдёт. Даже наоборот, если апдейт ярмарки придёт сейчас, это может даже больше внимания привлечь. Хорошо бы. А то они такие уже резвые выросли, что я, боюсь, не удержим мы их в форпике.
Турнир продолжался, и Айша начала набрасывать фехтующих подростков в самодельном блокноте, Ярра сходила к Фару Фаренги и вернулась с целой бутылкой шидра, капитан неожиданно заинтересовался фехтованием и болел, кажется, за того рыжего примата. В результате капитан остался очень доволен, потому что именно этот мальчишка и победил. Когда ему вручали приз, рыжий изобразил такую солнечную улыбку, что, казалось, пару секунд состоял из одних сияющих прямых зубов. Второй приз получила бледная девочка из нижников с узким оружием, не то мечом, не то шпагой, которое выбрала, видимо, из-за внешнего сходства: и сама она выглядело узкой и резкой. Третий приз достался как раз высокомерному мальчишке ыр-хе.
Когда команда вернулась на корабль, оказалось, что Овощ продал пять котят из шести. Один, совершенно чёрный, как его отец, всё еще оставался с ним, резвился в ящике Овоща, и смотреть на него было сложно, потому что он бегал от ствола в сторону разложенной у задней стороны ящика лиловой линии и обратно. Крэки внимательно за ним следил, и, если тот убегал слишком далеко, летел за ним и хватал за хвостик.
- Да уж, - нахмурилась Айша, - если горизонт там разрастётся, в этих пространствах мы много сможем чего спрятать. А вот кота бы туда не упустить.
- Мя, - сказала лежащая рядом Блошка и посмотрела на Крэки, видимо, показывая, что пастух котят у неё есть.
- Все были очень рады узнать, что мы продаём детёнышей драконьей блохи, - отрапортовал Овощ, - но вот один остался. А нам уже надо улетать, да?
- Падре еще ээээ не пришёл, - сказал капитан, - так что время терпит.
Команда разбрелась кто куда, возле ящика Овоща осталась только Айша, которой было интересно наблюдать за перемещениями котёнка. И тут к борту подлетел малюсенький катер, практически летающая доска, в которой твердо стоял на четырёх ногах старый знакомый Караманшафтар. Он залетел прямо на мостик к Овощу, соскочил с катера и спросил:
- А правда ты тут детёнышей драконьей блохи продаёшь? Возможно, мне надо. Я ж почти дракон. Может, я ему понравлюсь.
- Позови его, - предложил Овощ, - а то ему понравилось там носиться.
- А как его зовут?
- Имени у него пока нет, можешь звать его Кот. Это мальчик.
- Кот! Эй, кот! - позвал Караман, - тебе не нужен дракон? Ну, почти, - он протянул руку в направлении горизонта и нахмурился, потому что не дотянулся до котёнка. Но котёнок сам его учуял, повёл носом и побежал обратно к стволу Овоща. Внимательно обнюхал когтистую чешуйчатую руку Карамана - и побежал по ней к его шее. Похоже, запах Карамана показался ему очень привлекательным.
- Кажется, я ему нравлюсь, - удивился Караман, - кто бы мог подумать, и он мне нравится, - он протянул Овощу свой идент, оба идента звякнули. Котёнок между тем топтался в основании его шеи, устраиваясь, судя по всему, надолго.
- Ну, что, друзья мои, - раздался с палубы весёлый голос Падре, - мы летим или где?
- Летим, если ты объяснишь куда, - ответила Айша. Караман как раз вскочил в свой катер и стартовал прямо с палубы.
В этот раз навигаторы совсем не были нужны, зато Пушку нашлась непростая и ювелирная работа - провести "ЧП" мимо выступов, лестниц, причалов и труб правого крыла и аккуратно прислонить к гостевому причалу библиотеки.
- Ну, а теперь помогайте мне выгружаться, - потребовал Падре.
- О, я-то с удовольствием! - воскликнула Ярра, - неужели глиняный томограф реально существует? И мы его увидим? Ради этого я даже готова что-нибудь таскать.
- Если ты будешь таскать, ты прямо прочувствуешь, насколько он существует, - буркнул Падре, - но я предпочитаю думать, что таскать будут Пушок и Механик. И только до катера, а дальше мы довезём его катером. Видите, лестница ведёт наверх, к балкону, и там растёт рахойя? Вот нам туда.
- А это рахойя? - переспросила Айша, - и это точно дредноут?
- Рахойя - это такая лиана, - объяснил Падре, - плодоносящая. А балкон - это галерея старого корабля. Его порядком перестроили, и в нём сдают жилую каюту с кухней и бывшую кают-компанию, для тренировок. Работаю я все равно в библиотеке, зато будет где тренироваться. Короче, чего мы тянем?
Все собрались в коридоре, момент был волнующий, и это был первый раз, когда команда видела дверь в каюту Падре открытой настежь. Глиняный томограф занимал её всю, осталось места только на узенький шкаф, откуда Падре вынул уже упакованную дорожную сумку и повесил на плечо. Если честно, томограф был не совсем глиняный. Он был собран из высокотехнологичных керамических деталей, и Падре принялся живо отстёгивать защёлки и разбирать его на части. Первым он разобрал громадное кольцо с катушкой, Пушок протянул лапы, чтобы выгружать детали в кают-компанию.
- Так вот он какой, - сказал капитан.
- Капитан ТэВэ, - усмехнулась Ярра, - как-то же он его туда загрузил. Как вышло, что ты этого не видел?
- Да я, может, и видел, - покивал капитан, - но я тогда большую часть жизни в трансе проводил. Может, он даже меня туда укладывал, да я не помню.
- Было дело, - прорычал Падре, выволакивая очередную деталь, - да помогайте же, он тяжелый, как...
- А вот и меркаба, - Айша показала на свисающую с подволока восьмилучёвую звезду.
- А вот это я вам оставлю, - обернулся Падре, - пригодится. Так, ну, теперь тащим это всё на палубу и грузим.
В результате катер оказался загруженным настолько, что места осталось только для одного. Тогда Падре сам погрузился в катер, аккуратно поднял его и увёз на свой увитый лианой балкон. Там ему пришлось выгружаться самому.
- Ну вот, - вздохнула Ката, - одной тайной на борту меньше. И еще одна свободная каюта.
- Пойдём пока, покурим, - предложила Ярра.
С бака было хорошо видно устройство библиотеки. В ней было много этажей, и больше всего она походила на часть пассажирского лайнера. Причём, довольно старого пассажирского лайнера, той еще эпохи, когда разумные обитатели мультиверсума никуда не торопились, а вот пираты, видимо, не зевали. Приятно, что былое зло, захват пассажирского корабля, теперь использовалось для научных и образовательных целей.
Катер вернулся к дирижаблю и аккуратно лёг на ростры, Падре вылез на палубу бака и заявил:
- Только вот не думайте, что я вас бросаю. Вам же понадобится информационная поддержка, этот темнила, будь благословенно его имя, никогда не раскроет вам всех карт. Пишите! Спрашивайте. Будьте мне, пожалуйста, на связи. И вообще, идём, покажу вам моё новое обиталище.
Конура Падре оказалась немногим больше его каюты, но, по крайней мере, в ней было место отдельно для томографа, отдельно для кровати. С помощью Пушка и Механика удалось освободить балкон от деталей прибора, а вот стульев на балконе не было, и команда расселась прямо на полу (или следовало называть его палубой? На Тортуге это был вечный неразрешимый вопрос) и распила тёмную древесную бутылку, прихваченную предусмотрительной Касей. Отсюда вид был еще лучше, чем от пристани.
- Ладно, может, в осёдлости что-то и есть, - вздохнула Ярра, - красиво. И можно спокойно работать.
- Может быть, это такой период, - задумчиво отозвался Падре, - ресурсы подвалов не безграничны, а те, кого мне уже удалось вывести, довольно быстро адаптируются. Когда-нибудь они смогут сами. А некоторые наотрез отказываются выходить, в смысле, у нас тут свой ад, у вас там наверху свой, и нечего лезть. Тот же Астроном ушел туда работать по доброй воле, например, и нельзя сказать, что он не влияет на тамошних жителей. Если я выведу и адаптирую всех желающих, моя миссия будет исполнена, и я снова смогу путешествовать. Может, и диссертацию к этому времени допишу. И уж точно тогда придётся лететь вот хотя бы на Квадривиум для защиты. Короче, не падайте духом, дети мои, всё еще будет. И в гости заходите ещё.
Айша вздохнула. И ведь вроде бы Падре и так уже довольно давно не летал с командой. Но вывоз томографа и пустая каюта с меркабой словно поставили окончательную точку. А что будет в следующем абзаце - Хашшавут знает. А может быть, не знает и он, потому что свободную волю дирижабля "Чемодан Приключений" никто еще не отменял.
