Привиделось во сне
Jan. 17th, 2005 08:17 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kattrendАнтара Абу ль-Фаварис!
Твой удел - пески пустыни,
Где лишь дэвы и поэты.
Берегись тоски отныне!
Если ты хоть раз услышишь
Поэтическую строчку -
Никогда душа бродяги
Средь песков не отдохнет.
Твой удел - пески пустыни,
Где лишь дэвы и поэты.
Берегись тоски отныне!
Если ты хоть раз услышишь
Поэтическую строчку -
Никогда душа бродяги
Средь песков не отдохнет.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2005-01-17 05:43 am (UTC)P.S.Ещё в Дивеево НАПРОЧЬ пропадает аппетит.Вообще про еду забываешь!!!!
Дм.
P.P.S. А влюбиться там - пара пустяков.
no subject
Date: 2005-01-17 08:30 am (UTC)И тоже: http://pechkin.rinet.ru/x/smp/xlat/Yeats_WB/WBY_GoHR.html
no subject
Date: 2005-01-17 09:01 am (UTC)А стихов и вовсе ни единого бейта в переводе.
no subject
Date: 2005-01-17 09:14 am (UTC)no subject
Date: 2005-01-17 09:51 am (UTC)Подсадили меня Олди на этих арабов. Сначала я сутки нарывала себе аль-Мутанабби (везде в сетях под его именем лежит Ладыженский). Немножко нарыла. Сегодня из-за этого прислышавшегося стишка ищу Антару, но с переводами туго.
Тем интереснее.
Стихотворение хуже без антуража. Одно дело спуститься на первый этаж, в книжный салон, нарыть там арабской поэзии и прочитать, не факт, правда, что она там есть. Другое дело - выцарапывать по строчке из безграничной помойки свободной информации или получить в подарок от друга :)
no subject
Date: 2005-01-17 11:47 am (UTC)no subject
Date: 2005-01-17 03:36 pm (UTC)поэзия Востока
Date: 2005-01-17 05:58 pm (UTC)Абу-т-Тайиб аль-Мутанабби на сс. 67-93, перевод Сергея Северцева. На всякий случай: "Подобен сверканью моей души блеск моего клинка..." это не Ладыженский, а действительно аль-Мутанабби. Только Олди эту штуку слегка сократили.
Антары в этом сборнике нет. Его немного в "Семь самоцветов Востока", М. "Школа-Пресс", 1995, сс. 76-79, перевод А.Ревича. Хочешь - звони, пересечемся, возьмешь почитать и то, и другое. Там еще замечательный Баба Тахир есть.
Дик.
Re: поэзия Востока
Date: 2005-01-17 06:06 pm (UTC)no subject
Date: 2005-01-17 06:39 pm (UTC)Разбиться - пара пустяков,
Уйдешь на восемь тысяч лет,
А за углом - кофейня...
no subject
Date: 2005-01-17 08:59 pm (UTC)***
Что грустишь, о голубка, на древе высоком?
Ты печаль растревожила горестным оком.
Потеряла ты друга? Я тоже покинут.
Что ж, мы оба с тобой обездолены роком.
Плачь же, плачь надо мною, пока не увидишь,
Что из глаз моих слезы струятся потоком!
Погляди на меня, каждый вздох мой, как пламя.
Приближаться не надо - сгоришь ненароком.
Улетай же! Быть может, ты встретишь в Хиджазе
Караван кочевой на просторе широком.
Он увозит красавицу, лбющую слезы,
Погруженную в думы о доме далеком.
Заклинаю тебя, если встретишь ты Аблу,
Погрусти, помяни обо мне, одиноком:
"Он рыдал на лугу. Только слезы иссякли,
И глаза исходили кровавым потоком".
***
Я нападал столько раз на отряды врага,
Вел за собою наездников, серых от пыли,
Мы, атакуя, безмолвно мечи возносили,
Чье полыхание жару подобно в горниле.
Только высокие родом в дружине моей.
Помню: когда они копья с врагами скрестили,
Блеск наконечников мог бы и тьму разогнать -
Он ослепляет, он молнии равен по силе.
В битве испытаны воины, кажды верхом
На удалом жеребце или резвой кобыле.
Всадник в доспехах нелегок, и мы лошадей
Часто ведем под уздцы, если лошади в мыле.
Но прирастаем к седлу, и уже нас не сбить,
Если на вражьи ряды скакунов устремили.
Каждый из витязей воду прошел и огонь,
Ходят о них на легенды похожие были.
В час, когда всадников клонит в походе ко сну,
Следом за мною во мрак смельчаки уходили.
Шли мы всю ночь по тяжелым дорогам, пока
Стрелы восхода вселенную не озарили.
В полдень нам встретился недруг, и ринулся я,
Первым ударил, врага обрекая могиле.
Долго мы бились, и черные кони врагов
Алыми стали, ак будто их краской покрыли.
Я возвращался домой с головю вождя,
Верные други мои остальных изрубили.
Грозное в битве, отходчиво сердце мое,
Если влюблен я, то нежность дарю в изобильи.
Аблу об этом спросите. Как жаждут ее
Руки и губы мои, - о других позабыли!
Если она позовет - я на помощь иду,
В бедах она лишь моей доверяется силе.
***
К седлам верблюдов уже приторочены вьюки,
Кружится над головой черный ворон разлуки,
Крылья его облиняли и перья торчком.
Нашей разлукою тештится ворон от скуки.
Я его проклял: "Бездомным, бездетным живи!
Вечно терпи одиночества тяжкие муки!
Из-за того, что разлуку ты мне возвестил,
Ночи не сполю и ломаю в отчаянье руки".
***
Я черен, как мускус, черно мое тело,
Мою б черноту кислотой не свели.
Но дух мой отвсякого черного дела
Далек, словно выси небес от земли.
Это все из сборника "Арабская поэзия средних веков" серии Б-ка всемирной литературы. Там еще есть, но это уже завтра - в комнате с компом живой человек спать хочет :). Там, кстати, и аль-Мутанабби есть, так что его тоже могу, вот!
no subject
Date: 2005-01-17 09:21 pm (UTC)Кажется, мое отвращение к стихам как к явлению совсем прошло!
no subject
Date: 2005-01-18 12:24 am (UTC)А у меня во френд-ленте этот пост шел сразу за вот этим, и я подумал, что это логическое продолэжение, и в нём шутки такие внутренние, по созвучию имен :)=
no subject
Date: 2005-01-18 08:02 am (UTC)Я из Лакика спешил в Зат-аль-Хармаль и вдруг предо мной
Выросла груда камней и золы на дороге степной.
Долго глядел я на то, что когда-то служило жилищем.
Где бы я ни был, я в эти места возвращаюсь порой.
Эти руины омыты дождями и сглажены ветром,
Сек их песок, обжигало жестокой полдневной жарой.
Не оттого ли, что в зарослях жалобно горлица стонет,
Катятся капли со щек на одежду, как в дождь проливной?
Катятся, перлам тяжелым подобные, крупные слезы,
Словно разорваны бусы жемчужные грубой рукой.
Помню: услышал я возгласы всадников племени мурра,
Племя мухаллаль мгновенно исторгло свой клич боевой.
К братьям своим я воззвал, и абситы откликнулись разом
Звоном оружья, бряцаньем доспехов и ринулись в бой.
Гибкими копьями, сталью мечей ашраийских
Смело таранят мои соплеменники вражеский строй.
Наполовину я знатный абсит - по отцовскому роду,
Острым клинком защищаю я честь половины другой.
Если настигнут тебя - нападай, а теснят - защищайся,
В доме своем принимай как друзей всех гонимых судьбой!
Стычка с врагами - удел смельчаков с богатырской душою,
Лишь малодушные в страхе бегут, не владея собой.
Честно свой хлеб добываю всегда, и, пока не добуду,
Голод готов я сносить и мириться с нуждой.
В час отступленья, когда наседают враги на абситов,
Отпрыски знати смиренно склоняются передо мной.
Всадники знают, как верный мой меч неприятеля косит,
В страхе враги, когда меч мой сверкает над их головой.
Не обгонял я ни разу собратьев, охваченных страхом,
И отступаю одним из последних пред вражьей стеной.
Видел я гибель, со мною она с глазу на глаз осталась.
Солнце всходило, и мирный рассвет обернулся войной.
Молвил я смерти: "Глоток мой последний, увы, неизбежен,
Рано ли, поздно - к тебе мы приходим, как на водопой.
Зря ты грозишься, я знаю и сам, что тебя не избегнуть,
Нынче ли, нет - все равно уготован мне вечный покой".
Сам становлюсь я пособником смерти, когда чужеземцы
Древнюю землю мою осаждают несметной ордой.
В час роковой, когда кони и всадники скалятся злобно,
Словно довел их до грани безумия горький настой,
Сгину в бою, но не стану я сетовать, лежа в могиле:
"Ах, почему мне пришлось повстречаться со смертью такой!"
***
Смешон для Аблы удалец, чья жизнь полна невзгод,
Чье тело твердо, словно меч, упруго, словно дрот.
Покрыта пылью голова, одежда вся в лохмотьях,
Он не расчесывал волос, пожалуй, целый год.
Он целый год таскать готов железную кольчугу.
Он ищет гибели в бою, уго удел - поход.
Так редко он снимал доспех, что ржавчина на коже,
Следы ее не смыть водой, ничто их не берет.
Смеется Абла надо мной: "Гляди, какой красавец!" -
Старается холодной быть, но взглядом сердце жжет.
Ну почему же, почему она глаза отводит?
Я славу смелостью стяжал и щедростью почет.
О девушка, не уходи! Взгляни хоть на прощанье!
Ну погляди же на меня, ведь я же не урод!
Немало дев - нежней, чем ты, искуснее в жеманстве,
Таких, что ослепят красой, и губы их, как мед,
Но я стремлюсь к тебе одной, любви твоей достоин,
Скакун желанья моего узду тугую рвет.