проводили папу

Приехал папа, привёз жизни и радости, уехал. Конечно, поиграть в конструктор дома он не успел: ламинат пока существительное, лежит, к делу не приложен. Зато поиграл в ламинат в гостях у друга на даче, и это хорошо, потому что жена друга руками не умеет, а мы-то с Зяблой умеем, ламинат ещё своего дождётся.

Поехали провожать - а самолёт всё задерживают и задерживают. В три часа ночи мы уехали спать, оставив папу в аэропорту. Я несколько тревожилась: он умеет спать на ходу, и может зайти не туда. Но Зябла напомнила, что у нас есть семейная фишка мобилизоваться и собираться, оставшись в одиночестве. Так и вышло, папа только потерял где-то израильскую симку, которую я засунула ему в карман обложки телефона. Всё обошлось, только я пережила неприятные сутки, пока папа восстанавливал симку. А так всё у него в порядке, долетел, отоспался, не зря выбил себе еще свободный день после прилёта.

А я попала под эпическую грозу уже после его отлёта. Но папа не был обделён: мы успели помокнуть в субботу на Уделке. Он очень надеялся застать в Питере настоящий дождь, настоящий и вышел, но не такой эпичный, как сегодня. На Каменноостровском смыло все тряпочки с лесов на доме, я пыталась фотографировать, как они полощут на ветру над проспектом, но вышло не очень. Я промокла до белья и промочила свежекупленный блокнотик, за которым, собственно, и ходила. На Ординарной сломало два дерева, и по одному из них понятно, почему: в нём было дупло, и кто-то даже свил в нём гнездо. Другое не целиком, у ивы обломало здоровенную ветку, надеюсь, нам её всё-таки не сразу всю спилят.

Папа привёз мне в подарок умные часы, которые, познакомившись со мной, стремительно начали тупеть. Меня это ни капельки не удивляет, достаточно посмотреть, как идут часы в Тенях. Просто мы довольно счастливые, так-то.