мухобойка

Мы продолжаем играть в блиц, и, видимо, так и будем продолжать. Поэтому я продолжаю эскапизм, хотя он вовсе и не эскапизм, эта прекрасная команда - отражение в другой реальности моей реальной прекрасной команды, которая у меня не знаю за какие заслуги есть. Только поэтому я еще с глузду не съехала, хотя уже никакого сердца не хватает всё это вывозить и осознавать. Но мы держимся, тварям вопреки. Совершаем дурацкое путешествие духа, с гремелками и мухобойками.

Остались ночевать в этой неприятной местности потому, что, стоило пришвартоваться на загрузку, Кошка немедленно выбежала с трапа и уселась на щербатый бетон. И наотрез отказалась подниматься.

Кошка появилась на дирижабле вместе с Яррой, и имя ей было Драконья Блоха. Пока одни вытаскивали Ярру из под обломков лодки на главной палубе, а другие решали проблему атакующей дирижабль виверны, всем было как-то не до того, а когда вся проблема решилась, тушка виверны была подвешена на талёвках под корпусом до ближайшей посадки, Ярра получила медицинскую помощь, и вся команда уселась пить кофе, кошка уже была здесь. Предположили, что до того она пряталась между чешуйками виверны, других объяснений не было, потому что до ближайшей поверхности было довольно далеко, и больше кошке неоткуда было вынырнуть. Она освоилась мгновенно. Она была белая с трёхцветными пятнами, одно ухо рыжее, другое - зеленовато-серое, трёхцветный хвост-морковка, прекрасные, но суровые глаза. На дирижабле она вела себя как хозяйка.

Иногда кошка начинала беспокоиться, иногда ей решительно не нравились некоторые визитёры, особенно если раса чем-то напоминала собаку. Против рептилоидов кошка как раз ничего не имела, что только укрепило кошкино имя. Но иногда она беспокоилась как будто без причины. "Видит духов", предположила Ярра, и все с ней согласились. Кто-то должен, в конце концов.

Сюда залетели ради черного рынка. Вообще-то, большая часть команды предпочла бы вообще избегать воюющих миров, их во вселенной хватает, но еще больше нормальных. Но некоторые рынки притягивают. А здесь, судя по вселенской сети, в тёмную часть которой можно было зайти только через несколько анонимайзеров подряд, рынок был очень чёрным и бесконечно притягательным. В частности, у капитана загорелся глаз, он вскричал, что нигде больше не сможет настолько пополнить свою коллекцию, и вся команда приуныла, потому что коллекция у капитана была та еще. Кроме гроба на колёсиках, там была, например, еще пара сушеных человеческих голов и немалое количество черепов разных рас. Но потом и другие нашли в каталоге рынка кое-что для себя. Вот так и вышло, что дирижабль, невидимый для посторонних глаз, пришвартовался в закрытой зоне местного космопорта, а на горизонте гремели взрывы и что-то горело. Население в этом мире оказалось вполне человекообразное, к дирижаблю потянулись мрачные курьеры. Впрочем, некоторые из них оживлялись при виде того, что дирижабль выставил на обмен. К примеру, Ката очень удачно выменяла недавно захваченный неизвестный музыкальный инструмент вроде лиры на целую штуку отличной натуральной ткани из какого-то местного растения. Механик завладел каким-то удивительным самогонным аппаратом, у котиков, разложивших свои товары на решетке носового люка, вообще кипела радостная торговля и напряженный обмен. Поэтому никто не обратил внимания, что Кошка всё это время сидит снаружи, внизу, и не идёт назад. Вообще-то, снаружи было холодно. Обнимающее дирижабль поле удерживало тепло на палубе, но внизу, в побитом снарядами порту, стоял настоящий мороз, лужи окаменели, и из ясного морозного воздуха конденсировались редкие снежинки.

Наконец, все разошлись, можно было улетать. Но кошка по-прежнему отказывалась заходить на борт, даже поднималась несколько раз по трапу, заглядывала на главную палубу и в ужасе отшатывалась и бежала назад, как будто на палубе сидела большая собака. Попытки ее поймать и затащить не помогали. Человек может справиться с вышедшей из себя собакой, но с кошкой... У кошек своё мнение и острые маленькие коготки. Снаружи грохотало, нормальное животное в такой ситуации спрячется в привычном доме под кровать, но это упорно сидело у подножия трапа и всем видом показывало: люди, вы идиоты, у вас там страшное. Как я вообще с этими идиотами общалась до сих пор, не видят очевидного.

Айша спустилась на бетон, позвала кошку. Кошка всегда доверяла Айше больше всех, это нормальная реакция всех живых существ на Айшу. Но в этот раз не прокатило. Грохало всё ближе, очень хотелось скорее улететь.

- А знаете, - сказала Ката, вглядываясь в экран коммуникатора, - кажется, они тут как-то знакомы с этой проблемой. Вот: мухобойка для изгнания вредоносных сущностей, или тысяча кредитов, или мешок сахара, продаётся совсем близко, ангар 19 в этом же порту, это отсюда в паре километров.

Механик нахмурился. Сахаром ведал он, вот и самогонный аппарат прикупил.

- А как она действует? - Ярра заглянула через плечо Каты, но в рыночной форме инструкций не было.

- Спрошу у продавца. Ладно, у меня немножко денег есть, скоро вернусь.

- Возьми шлюпку, - предложила Ярра, - быстрее будет.

Пока Ката летала за мухобойкой, Айша не выдержала, накинула шубу, спустилась к кошке и зазвала ее на колени, под полу шубы. И так и сидела с ней, как кокон, меховой внутри. При попытках пошевелиться кошка напрягалась и вцеплялась когтями в колено.

Ката вернулась довольно быстро, в руках она держала резную палочку с привязанным на конце длинным волосяным хвостом, вроде конского. Основание хвоста было оплетено нитяным с нанизанными бусинами колокольцем, каждая бусина смотрела двумя глазами.

- Так и как этим пользоваться? - недоверчиво осведомился Падре.

- Они дали мне инструкцию! - радостно объявила Ката, - надо обойти всё помещение посолонь, периодически встряхивая хвостом. Остальная семья в это время должна создавать шум: громко стучать железными предметами, орать, всё вот это. А тот, кто встряхивает мухобойкой, должен приговаривать "пошли вон, пошли вон".

- Ничего дебильнее и придумать невозможно, - буркнул Падре.

- А мне нравится, - внезапно встал на сторону Каты капитан, - вы же всё равно без этой Блохи не согласитесь лететь. Ну, давайте попробуем. Она же явно кого-то видит. Я бы посмотрел вторым глазом, да вы не согласитесь.

- Не согласимся, - кивнула Ярра, - наш дирижабль нам еще дорог.

- Я тут останусь, - крикнула снизу Айша.

Процессию начали с мостика, от штурвала. Возглавляла ее Ката, как обладательница мухобойки. Предварительно она потренировалась правильно этой мухобойкой встряхивать: ее следовало как бы запускать от себя по спирали. Следом шел капитан, которому не дали ни во что стучать, потому что чувство ритма у него было из какой-то другой вселенной, зато орать он умел за двоих. Механик вынул из кармана отрезок трубы, с виду совершенно технический, и азартно в него затрубил, Ярра стучала в здоровенную крышку, утащенную с камбуза, кок била поварешкой в сковороду, рулевой тряс банкой с кофе и оглушительно мяукал. Даже Кукуп Адет, обычно такая серьёзная, развеселилась и шла вслед за котиками с маленьким громким колокольчиком. Выглядело это настолько безумно, что Падре некоторое время стоял у брашпиля и к шествию не присоединялся, очень уж дурацким выглядело всё мероприятие, но потом почему-то передумал и встроился в хвост. Так и обошли всю гондолу, тряся мухобойкой, восклицая "пошли вон", пока не вернулись на мостик и не огляделись.

Палуба с виду совершенно не изменилась, кто знает, сработал обряд или нет.

- Кажется, нам в команду нужен визионер, - сказал капитан, - кто-нибудь, кто умеет смотреть без разрушений. Ну или вы учитесь.

- Так у нас есть, - удивилась Ката, - кошка Блошка. Вот она всё видит.

- Она говорить не умеет, - напомнил Падре.

- Ну ладно, шаманский обряд мы провели, - капитан кивнул в сторону трапа, - а кошка до сих пор сидит на Айше там, внизу. Еще предложения есть?

- Внимание, - Падре поднял руку и оправил сутану, - еще один обряд. Осторожно.

И, набрав полную грудь воздуха, оглушительно заорал "ПОШЛИ ВОН ОТСЮДА, ПСЫ!!!" Голос Падре, низкий и бархатистый, отразился от блестящей трубы паровой машины, загудел в баллонах, перекрыл канонаду.

- Будь я псом, я бы немедленно ушла, - пробормотала Ката, ковыряясь в ухе. В ухе всё еще звенело. Она спустилась с мостика и встала наверху трапа, помахивая мухобойкой. Кошка зашевелилась у Айши на коленях, наклонила голову - и внезапно рванула вверх по трапу. Вбежала на палубу, вцепилась в концы мухобойки, разодрала их когтями, отпрыгнула в сторону и уселась в позе "готова атаковать еще раз". Ката на всякий случай провела мухобойкой по палубе - кошка побежала за ней, прихлопнула лапой и с видом победителя отошла. Теперь ее вид не выражал никакого беспокойства. Она прошлась по палубе, уселась на решетку и обвила себя хвостом.

- Отличное было представление, - сказала Айша, поднимаясь, - но, может быть, стоило просто приманить кошку этой штукой?

- Кто ж знал, - пожала плечами Ката, - так или иначе, я не зря ее купила.

- Ну и ладно, - сказал капитан, - раз все на борту, по местам стоять, с якоря сниматься. Трап поднять.

Дирижабль поднимался над разрушенной войной местностью, а кошка спокойно сидела на палубе, прижимая лапами мухобойку, которую в конце концов Ката ей отдала, и выглядела совершенно счастливой. Когда Ката потащила дирижабль в свёрнутую улиткой вселенную, чтобы вынуть его где-нибудь еще, кошка разлеглась на раскинутых по палубе прядях хвоста, как будто всё, что ей было нужно - подстелить под себя хвост неведомого животного, похожего на коня. Не лежать же на голой палубе.

- Нет, ну вы посмотрите на неё, - покачала головой Айша, сидевшая на краю палубы юта, поджав ноги, - совершенно успокоилась. Получила мухобойку и счастлива.

Ката хотела было сказать что-нибудь вроде "это она специально, чтобы меня ограбить", но перемещение занимало всю ее целиком. Так или иначе, дирижабль должен лететь, а что там было такое страшное, разберемся потом или и разбираться не станем.

март, ёптыть

Шли в ночи домой, услышали вой котов из-под машины. Пошли смотреть, что у них там, а там весь двор шерстью завален, подрали ребята друг друга порядком. Котики в этом дворе дикие, к людям не идут, так что, стоило нам заглянуть под машину, оба дружно рванули на улицу и выяснять отношения перестали. "Ну вот, это уже и у котиков", думаем мы, а я думаю, что в одном из недавних текстов оставила наш мир внутри недружественной воображаемой планеты, через которую мы будем проходить еще очень долго. Как внутри того волка из другого текста. Пребывание внутри таких духов до добра не доводит, а мы еще удивляемся безумию.

А потом приходим домой, а там кошка Фенька ластится и поёт птичью песенку. Ну, конечно. Март же. Чему мы удивляемся.