как всё

Осторожничаю в буквах, потому что за мной Лес. В словах ртом осторожничаю, конечно, меньше. Нельзя класть Лес под поезд, мы для людей спасение и убежище, где можно просто вдохнуть-выдохнуть, поделать что-то руками, поговорить на отвлечённые темы, вспомнить, что есть не только страх, но и, например, обнимашки. Но многим из них буквально нужно утешение или хотя бы вариант понимания, тут я говорю, конечно. Вот думала - сколько можно утешать младших, я хочу поговорить со старшим! Звонит папа - и я утешаю уже его. Если враги обыщут мой телефон, моя позиция будет как на ладони, но я пока не давала им повода. Между тем, под шумок вчера снесли административный самый красивый корпус Ленэкспо. Кажется, эти ребята нашли способ взять с собой деньги в ад. Они же уже ничего не смогут там построить. Я думала, что мы сможем найти хоть какой-то плюс в том, что у упырей теперь не будет средств на строительство моста, и они не снесут наши Заросли на острове Декабристов. А теперь вижу, что с них станется просто вырубить парк, для ничего.

Хотя, с другой стороны, лес берёт своё. До упырей еще не дошло, но еще немножко - и им нечем будет разрушать. А у ракитника всегда есть силы прорасти! Снова чувствую с ним душевное родство. Так себе растение, его называют "мусорный лес", не слишком красивое, в молодости просто куст, в старости - разваливающиеся деревья из одного корня, ничего величественного, но он неубиваем, его корни в земле, даже в самой вычищенной местности он выжидает и прорастает, стоит только оставить землю в покое. Вот и я так действую. Может, у меня нет активов, зато есть охуительные корни и связность с моими людьми. Все коты - Кот, все кусты ракитника - Ракитник.

Теперь немножко извожусь из-за музыки, хочется выпустить ее уже сегодня, по-моему, это важно, но там недели две понадобится на подбирание хвостов, чистку, в общем, на чисто техническую работу, а потом еще сведение, в общем, может, месяц это займёт. Ностальгирую по прежним временам, когда мы писали альбом восемь лет и не особенно из-за этого парились. Всё равно нас мало кто слушает, никто не торопит, всем пофиг, ну и мы торопиться не будем. Но сейчас время ускорилось, и всё по-другому. Хрен знает, как и чем мы будем через месяц.

Хоть в семье у меня нет войны. Мы с папой на одной стороне. В каледонской семье мнения могут отличаться, уровень паники тоже, но мы сошлись на том, что мы должны держать наших людей, не у всех в семьях мир, к нам приходят иногда просто посидеть и помолчать, так что, что бы каждый из нас ни думал, мы все работаем на поддержку наших гостей.

Заходит несколько дней назад дядька седой с бородой, с литром крафтового пива в руке, и сколько в нём самом плескалось - кто знает. И с сыном, сын лет где-то тридцати с небольшим. Поводит рукой, говорит: "Смотри! Это каледонцы! Они существуют! Я просто должен был тебе это место показать. А теперь я должен быстро уйти". Нам страшно понравилось. Мы существуем! Мы внесли этот мем в наши заповеди. До сих пор заповеди были негативными, потому что часто встречающееся чувство в отношении Леса - разочарование: "Это так похоже на клуб моей мечты, но мне там недодали!" И тут вдруг позитивная заповедь. Похоже, на этой заповеди мы и пересечём эту историю, это такой источник силы!