всё путешествие

Сумасшедшие художницы способны превратить в приключение даже поход к зубному.

Сначала пришлось выходить слишком рано, чтобы нормально позавтракать.
Потом зубной принёс хорошие новости: младшей удалять ничего не надо, всё еще можно спасти. А старшей подогнали нижние зубы.
Потом, вместо того чтобы пойти поесть, сумасшедшие художницы заходят в Арт-квартал и покупают себе краски, старшая - индантреновую синюю, младшая - рубиновую. А потом идут на лавочку пробовать цвет.

Крышечка от красной в результате застревает в скамейке, крышечка от синей улетает в водосток. Одну крышечку выковыривают ножом, другую так и не удается найти, и старшая лепит новую крышечку из клячки.

А потом всё-таки возвращаются поесть. Лучшие пирожки в наших краях у Вольчека, это сразу видно: во всех окрестных едальнях пусто, а у Вольчека очередь.

Между прочим, я была сегодня в метро впервые за полгода.

Нельзя же вот так просто дойти от дома до метро, правда же? Тут минуты три ходу дворами, но по дороге магазин комиксов. Конечно, сумасшедшие художницы туда заходят. И неожиданно старшая (я) покупает комикс от Бабла "Карантинная книжка". С кем поведёшься... Но там главгерой, старший в тусовочке, очень милый. Тощий, седой и с нелепой бородкой, да еще и маг - всё, как я люблю. Пока заходим в магазин, светит солнце. Выглядываем из окна - а там дождь льёт. Дождь продолжался как раз минут пять - до дома дойти под дождём. Подгончик Аське, она такое любит.

А уж в какое приключение превратится поход за лечением... Там ДК Крупской рядом, а еще магазин для сапожников, ларёк с камешками, опасные края, в общем.

про Нельсона

Прочитала сегодняшние новости, загрустила, решила пойти развеяться, как нормальный питерский художник, по помойкам. Вдруг встретится мебельный щит, мне шкаф достроить надо. А встретилась вместо этого коряга из дворика Нельсона, на третьей по счету помойке. От новостей не убежишь.

Пошла болтать про это всё с Нельсоном. Нельсон Искандарян - это наш такой местный художник, армянин, поёт песенки (они мне не нравятся, но это и не обязательно) и превратил в арт-объект один местный дворик, до того довольно жуткий. Я этот двор с восьмидесятых знаю, по-моему, там злой дух живёт, которого надо как-то умиротворять и приструнивать, и вот эта вся роспись и арт-объекты всё это и делало. Ну, если судить в моей шаманистической интерпретации.

Где-то семьдесят процентов местных жителей за арт-объекты, тридцать - против. Тридцать, разумеется, гораздо громче, да обычно и одного жалобщика хватает. Сейчас это всё закрашивают. Об этом и была новость на Фонтанке.ру, и, кстати, оба комментатора там за то, чтобы закрасить либо "ограничить посещение определенным временным интервалом", что смешно, потому что двор - не двор по сути, а открытый с двух сторон альтернативный проход вдоль улицы. Этак и улицу можно перекрыть и пускать по пропускам, а то чего, всё ходют и ходют.

Однако Нельсон к этому всему относится стоически. Идёт большая волна, она смоет всё, главное уцелеть самому, а когда волна пройдёт, начать сначала. Или другое что-нибудь нарисовать. Или вот за деревьями ухаживать. Когда двор был во власти злого духа, там рос кривой клён, очень несчастный. А сейчас от корня этого клёна его детёныш вырос, а под ним рябина, Нельсон их подрезает. Он вообще-то догадывается про духа, поэтому отступаться не намерен.

Хорошо, в общем, поговорили. Очень мне его картина мира нравится, по-моему, Нельсон - такой просветлённый даосский монах, и у него с миром очень прочная двусторонняя связь. Там еще с нами одна девушка была, она в основном и задавала вопросы. Девушка, кажется, собирается статью писать, а я так, просто поболтать. И съёмочная группа там же снимала.

А Нельсону на днях выдали бумажку, разрешающую жить в его подвале. И с гуглокарты его не сотрут.