хороший день

Форма 9 выдалась мне без всяких хлопот, за три минуты, и никаких больше катаклизмов не произошло.

Лестницу покрасили в бирюзовый цвет.

Первая книжка закончилась грустной и обнадеживающей повестью Ле Гуин "Новая Атлантида", и всплывающий материк с белыми башнями и жителями, тысячи лет ожидавшими в остановленном времени, в темноте, оказался таким прекрасным, что я непременно это нарисую.

А следующая книжка - хорошо, что не попалась мне месяцем раньше. Второй рассказик в книжке - про доброго доктора, который тайком вставлял пациентам искусственные сердца собственного изобретения. Пожалуй, в марте я не была бы к такой теме готова. А сейчас-то чего - даже и интриги никакой нет. Следователь быстренько доктора выследил, они поужинали, все друг другу выложили и расстались друзьями. Добрые они, наверное, чехи эти. Дочитаю - скажу, добрые или нет. Все-таки, они на Чапеке учились, всякие возможны повороты.

(no subject)

Среди чешских текстов обнаружилась рифма к финалу "Лабиринтов Ехо".

Один профессор, в поисках улучшения человеческой породы, случайно слился с яблоней. То есть, влился в нее в качестве некоей разумной субстанции. Его приборы тут же унесли, об эксперименте никто не знал, выбраться из яблони он не мог. И провел яблоней целый год. Летом и осенью ему было интересно и хорошо, он наслаждался солнцем и заботился о яблочках, зиму постарался пережить, а весной все-таки сбежал от яблони, и точно так же как Макс. Он перестал следить за собой, то есть, пить воду и подставлять листья солнцу, и яблоня вышвырнула его из себя как существо, угрожающее ее существованию.

А ведь, наверное, почти каждый самоубийца надеялся таким образом именно сбежать, а не умереть - но каждый раз оказывалось, что его никто не держит, кроме него самого - ни дерево, ни Тихий город.