Тортуга внутри
Aug. 18th, 2023 04:33 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kattrendЯ, конечно, продолжаю. Нельзя вот так просто взять и прекратить игру, нам без Тортуги, Овоща и дирижабля ЧП жизнь не мила. Но пока у нас тут только завязки - и немножко рыбов.
Ката и Айша шли по улицам-коридорам Тортуги без какого бы то ни было плана. В насыщенной путешествиями жизни дирижабля наступила пауза. Капитан снова увлёкся игрой, котики вообще куда-то подевались и появлялись на борту редко, Ярра снова развернула свою керамическую мастерскую, Механик с Овощем бесконечно копались в трюме корабля, настраивая и налаживая всё, что подвернётся под руку. У Каты был план прикупить какой-нибудь необычной еды, которую легко готовить, потому что Кася в последнее время забастовала, и еду готовил любой, у кого было вдохновение - и это мог быть как разнообразный до оторопи обед от капитана, так и простые жареные грибы от Механика. Айшу вёл исследовательский интерес: дирижабль уже довольно давно принадлежал сообществу Тортуги, а команда всё еще очень плохо знала город. Центр был объезжен весь, несколько раз приходилось спускаться на нижние ярусы - на охоту, экскурсию или по делу в мастерские - но оставалось еще полностью не исследованным пространство между центральным уровнем и поверхностью.
Оказалось, если не ехать на трамвае, а идти пешком, как-то лучше замечаешь мелочи. Корабли, как правило, не прямоугольные и поэтому плохо складываются в штабеля, остаются свободные пространства - и в каждом из этих уголков, проёмов и щелей прячется что-то интересное. Многие щели оказались заполнены растениями в ящиках, такие щели еще и светились, потому что всякое растение нуждается если не в свете звезды, то хотя бы в лампе полного спектра. Но за одним из поворотов попалась совершенно тёмная щель, в которой росло что-то белёсое. Айша посветила туда маленьким фонариком Механика: там обнаружилась высокая тонкая трава, белесовато-прозрачная, и на конце каждой травины качалась светящаяся изнутри ягода. Едва просвечивающие зёрна подсказывали, что это действительно плод, и, возможно, даже съедобный, но почему-то предпочитающий темноту. Айша заглянула в окно-иллюминатор дома, соседствовавшего с этой щелью. Судя по вывеске, в этом бывшем корабле - белом, яйцеобразном - располагалась антикварная лавочка, заполненная самой разной ерундой. Внутри метался шарообразный орнитоид с острым клювом, бесконечно поправляя расставленные по полкам и полу предметы.
- Спросим его про это растение? - предложила Айша, - похоже, это что-то из его мира. Это же луси, и чувак, скорей всего, с Лударассы. Помнишь Кирс-Ту, который у нас тарелки все скупил?
- Отчего бы не спросить? - пожала плечами Ката и вошла в луси.
- А! - вскричал хозяин лавки, услышав вопрос, - это йаватта, съедобная, если что, но вы пока не рвите. Когда ягоды созреют, они будут совсем прозрачные, вот тогда их можно будет есть. Но я успею первым! Вы же наверняка не пробовали варенье из йаватты, не упускайте шанса. Соседи-то уже знают, так и вы знайте. Вся улица ждёт.
- Да мы и не собирались их рвать, - нахмурилась Айша, - это из вашего мира растение? Так и растёт в темноте?
- У нас довольно темно, - объяснил хозяин, разведя крыльями, - зона рискованного земледелия, у нас очень старая звезда. Но нам нравится. Может быть, когда-нибудь я и вернусь домой. Но к чему торопиться? Должное количество темноты я могу найти и здесь, а торговля мне еще не наскучила.
- Торговля превыше всего, - отозвалась Айша, - удачи вам с вашим вареньем. Мы зайдём попробовать.
- Смотрите не опоздайте, - усмехнулся птиц и снова запорхал по лавке.
- Не опоздайте, говорит он, - сказала Айша, выходя, - а когда созреет - не сказал.
- Положимся на удачу, - предположила Ката, - а вон смотри, лесенка наверх, может, по ней можно выбраться на уровень выше?
Но лесенка вела в тупик: к дверям чьего-то совершенно частного дома. Пришлось возвращаться и снова двигаться вперёд вдоль трамвайных рельсов.
- Вообще-то, существует карта, - напомнила Ката, - можно посмотреть, где лифт или лестница.
- Так неинтересно, - улыбнулась Айша, - как же географические открытия.
- Ладно, - легко согласилась Ката, - открытия так открытия.
Они шли босиком. Айша вообще при любой возможности выскальзывала из своих османийских туфель без задников, а Ката разулась просто за компанию. Ощущение было приятное: гладкое дерево перемежалось под ногами металлическими или пластиковыми пластинами, можно было гулять уже ради одного этого чувства разницы поверхностей палубы, пола или мостовой, чем бы из этого она ни была.
- Мне вообще нравится, как тут всё растёт. А настоящий свет-то только наверху, - сказала Айша, - здесь, внутри мы, по сути, в пространственной станции. А вот смотри, в щели растёт, по сути, сорняк, но и над ним светильник прикручен. Вся Тортуга светится изнутри.
- Хорошая мастерская вполне способна изготовить лампы более-менее полного спектра, - напомнила Ката, - видишь, этим чувакам хватает, вон как колосятся.
В подтверждение этих слов за поворотом коридора-улицы обнаружился целый сад, уместившийся между двумя смыкавшимися наверху бортами бывших кораблей. В саду был даже маленький пруд, кривые художественно подстриженные деревья, склоняющиеся над водой цветущие кусты и множество глядящих вниз лампочек, приклеенных к стенам-бортам. В саду никого не было, но сквозь ветки дерева было видно круглое окно, очевидно, прорезанное в борту уже много после того, как старый корабль врос в город. Там, внутри, кто-то сидел за столом с коммуникатором, и, видимо, работал, пока сад жил своей жизнью.
- А вот этого я из трамвая не видела, - призналась Ката, - или внимания не обращала.
- Мы же тут всегда вместе ехали, - пожала плечами Айша, - болтали. А садик маленький, легко не заметить. Вообще, если мы дальше так пойдём, то придём как раз в бар Зуика, а в порту точно есть лифт.
Мимо проехал трамвай, деревянно-стеклянный, уже знакомый, и водитель помахал из кабины. Ката и Айша пошли дальше, и задержались только у канцелярской лавочки: Айша увидела блокноты - и на время пропала. Кроме традиционных блокнотов с виниловой бумагой в продаже теперь появилось и детище дирижабля: шершавая зеленовато-серая бумага вторичной переработки из автомата, пришедшего на смену айшиному тазику. Кто-то предприимчивый уже наделал из этой бумаги довольно удобных блокнотов, и Айша не могла не купить один - и как приятный материал для искусства, и как доказательство собственной полезности.
В баре Зуика за стойкой не было собственно Зуика. Он обнаружился под лампой в левом дальнем углу, и рядом с ним за столиком сидела, как ни странно, Кася. Она что-то увлечённо объясняла ему, чиркая по большому листу бумаги стилом, и Зуик, что совсем уж удивительно, чиркал тоже.
- А, - сказал он, - привет. Там на стойке шидр, можете себе наливать.
- Чем это вы там заняты? - спросила Ката.
- Я учу его рисовать! - радостно объявила Кася, - так интересно!
- Учит роботов рисовать, - вздохнула Ката, наливая себе шидра, - а пирожок-то нам никто не принесёт.
- Да ладно, поедим где-нибудь еще, - махнула рукой Айша, - пойдём лучше рыб тебе покажу. Ты ведь ни разу не смотрела.
С рыбами что-то было не так. С первого взгляда они напоминали отблёскивающих металлов панцирных рыбок вроде осетра или тэрперина, только очень маленького. Со второго зритель в лице Каты понял, что это не металлический блеск органики, а собственно металл и есть. Рыбки были механические. При резком повороте под жабрами обнажались очевидно рукотворные шарниры.
- Зуик говорит, что это его братья, - объяснила Айша, - рыбки работы его создателя. Ведут себя как совершенно обычные рыбки, от воды не портятся. Но они тоже механизмы. Зуик предполагает, что и в них мог прорезаться разум, но они же рыбы, они не скажут.
- Если так, могу им только посочувствовать, - вздохнула Ката, - аквариум-то не такой большой. Я бы заскучала.
- Ты бы сделала виолончель и стала бы заниматься, - засмеялась Айша, - не представляю тебя скучающей.
Ката задумалась: сама-то она помнила несколько по-настоящему скучных моментов своей жизни, но Айша права: всякий раз придумывалось что-то, чтобы себя занять. В конце концов, хотя бы поохотиться на соседний остров и добыть шлюпку.
- Ну ладно, - сказала она, - раз от Зуика и Каси пирожков не добиться, я бы пошла куда-нибудь поесть.
- Подожди, - Айша ухватила ее за рукав, - это еще не все, кто в аквариуме живёт.
- Я больше никого не вижу, - призналась Ката.
- На них нужно смотреть особенным образом. Меня Зуик научил. Нужно сесть на диванчик и смотреть на правый шидровый кран, только расфокусированным взглядом. Их видно только периферическим зрением.
- Так вот ты чего столько времени в этом диванчике проводишь, - усмехнулась Ката, усаживаясь, - ладно, я попробую.
Пару минут она допивала шидр, разглядывая кран. Признаться, кран того не стоил: выглядел он довольно обычно. Может быть, поэтому Кату начало клонить в сон, и тут она заметила, что в аквариуме что-то движется, и это не роботы: те были холодно-серебристыми, а тут показалось, что движется что-то золотое и длинное. Ката, не задумываясь, повернула голову, но прямым взглядом были видны только серебристые механические рыбки, медленно кружащие на фоне тёмных водорослей.
- Неее, - покачала головой Айша, - не забывай про периферическое зрение.
- Но так не разглядеть же, - вздохнула Ката, - кто они?
- Настоящие рыбы-ленты, - объяснила Айша, - только недопроявленные. Понятия не имею, как это работает, Зуик мне объяснял, но как-то слишком высоконаучно. Если простым языком, они как будто застряли между мирами в процессе перехода.
- Очень опасно совершать переход между мирами, когда ты рыба, - отозвалась Ката, - и у людей-то бывают неприятности. Идём?
- Ладно, теперь идём.
Едальня, на которую надеялась Ката, оказалась закрыта и даже выставлена на продажу, по крайней мере, на двери желтела сообщающая об этом наклейка.
- Вот так так, - огорчилась Ката, - а тут пирожки были неплохие. Ты тут еще что-нибудь знаешь?
- За сандалечной есть еще ящеричная столовка, но там только мясо и рыба.
- Опять рыба, - засмеялась Ката, - тема дня у нас сегодня рыба. Я буду мясо.
Однако оказалось, что для "неустойчивых двуногих с непоправимо испорченным вкусом" некоторое мясо всё-таки завёрнуто в этой столовой в тесто и запечено довольно приятным образом, так что Ката всё-таки получила свои пирожки. И, пока ела их, устроившись на покрытом ворсистым ковром помосте, развернула таки карту.
- Открытия открытиями, - объяснила она, - но не хотелось бы заблудиться, Ярра-то с нами не пошла.
- Может, ты сама научишься? На Лалибеле вон всякий умеет перемещаться.
- Да я уже давно поняла, что эти имперские предрассудки не работают, - вздохнула Ката, - но как изгнать из себя десять лет обучения? Какой-то барьер у меня в этом смысле. Ой, смотри, прямо над нами - Океанариум. По-моему, надо довести идею рыбного дня до высшей точки.
В этом лифте не было сидений, потому что он не вёл на самый верх. Ката и Айша вышли на довольно большую площадь перед эпическим порталом, бывшим когда-то, видимо, грузовым люком корабля. Перед порталом толпилось семейство рыжих приматов, весело собиравшихся смотреть на рыб.
- Ничего себе с нас тут сняли, - удивилась Ката, когда её идент звякнул в портале.
- Вот и посмотрим, - отозвалась Айша, - за что они деньги берут.
Всё пространство бывшего транспортника занимал огромный аквариум, через который вела довольно узкая прозрачная труба. Его начало было всё пронизано светом: видимо, эта часть показывала самый верхний слой океана. Айша остановилась у информационного стенда прочитать текст.
- Это основал некто Тирви Сактчу, - сообщила она, - с тех пор семья Сактчу океанариумом и управляет. Забавно. У иктчи же вообще нет никакого океана, но они его всё-таки где-то нашли. Планета Тактчири, тоже иктчийское слово, видимо, где-то рядом с их старым домом. Тут можно взять звучок с экскурсией, а можно так смотреть.
- Я лучше так, - пожала плечами Ката, - я вот по себе знаю, как может перегрузить лишняя информация. А нелишняя вон на табличках написана.
Пока Айша изучала информацию, семейство сахвичи унеслось вперёд, стало тихо. В этой тишине Ката и Айша шли по трубе сквозь коралловый риф. Здесь как раз всё выглядело знакомым: всякий, кто бывал на коралловых планетах, так или иначе к этим кораллам нырял. И рыбы здесь были понятные: небольшие, ярко окрашенные, с перистыми плавниками, длинные прозрачные, округлые радужные, в задорную полоску и даже в клеточку. Но по мере продвижения по трубе океан словно становился глубже, а коридор-труба - темнее. Перегородки между зонами глубин не были видны из трубы, но явно были, надо же было поддерживать разность давления. В следующей зоне уже водилась рыба покрупнее.
- Мне кажется, или вон у того существа колёса? - сказала Ката, - опять механика?
- Да нет, - пригляделась Айша, - живое мясо. В смысле, рыба. Плавники такие, но и впрямь на колёса похоже. Он ими крутит. А мы, кстати, идём в темноту. Похоже, там, в конце, как в обсерватории - никакого света, кроме света рыб.
- Так это они там впереди светятся, - кивнула Ката, - придётся привыкать. Честно говоря, я уже вот тут ничего не вижу.
- Я веду рукой по стене, - сообщила Айша, - не потеряемся. Тут нет ответвлений.
В конце тоннеля было совсем темно, но глаза Каты начали уже привыкать к темноте, тем более, что в глубине аквариума светились холодные разноцветные огоньки. Так что у неё получилось не наткнуться ни на одного из сидящих в этой части трубы сахвичи. Они устроились на расставленных тут всюду небольших кубиках и внимательно смотрели в темноту. Из темноты приближался огонёк.
- Удильщик, - шепнула Айша, - рыба с фонарём. Несёт свой маленький свет.
- Охота? - предположила Ката.
- Похоже на то.
Сахвичи напряженно ждали: удильщик приближался и явно намеревался показать мастер-класс по охоте. Вблизи в свете его фонаря он оказался виден весь: это оказалось существо с огромной головой и разлапистыми плавниками. Он завис перед зрителями, покачивая своим фонариком. Под ним по песку ползло что-то, похожее на растение вроде камнеломки, но тоже явно животного происхождения.
- Все любят зрителей, - сказала Айша, - даже рыбы.
На свет фонаря между тем выплыла целая стайка мелких рыбок. Удильщик, продолжая помахивать фонариком, скосил на них подвижные глаза. Стайка держалась вместе и не приближалась, но одна отчаянная и любопытная рыбка высунулась вперёд и поплыла к фонарю. Было трудно заметить, что произошло: кажется, удильщик метнулся, мелькнули огромные тонкие зубы, одна рыбка пропала, остальные сбежали врассыпную. Сахвичи затопали босыми ногами по гладкой поверхности трубы.
- Ам - и съел! - восторженно завопил один из детей, - ужас какой! Мам, я хочу банан.
- Держи, - мать вынула из сумки плод и протянула ему, - кто-нибудь еще хочет? У меня на всех есть. Шкурки не бросайте, на выходе есть компостный ящик.
Удильщик горделиво проплыл вдоль зрителей туда и сюда, явно гордясь тем, как хорошо сделал свою работу. В его свете приматы как раз подобрали разбросанные детьми игрушки, расставили кубики по бортам трубы и направились к выходу, Ката с Айшей последовали за ними. Освещение делалось ярче постепенно: экскурсанты словно выходили на другой берег океана. Дальше труба превратилась в трап, который закончился в стеклянном зале, видимо, бывшей рубке грузового корабля. И в этой части океана можно было даже искупаться: берег океана был оформлен как настоящий берег, с песком, ракушками и обломками кораллов, и там уже нежились на мелководье двое юных иктчи с коммуникаторами.
- Вот теперь я понимаю, за что они деньги берут, - засмеялась Ката, - если прямо можно этот океан на вкус попробовать, это здорово.
- А ты хочешь купаться?
- Я не очень. Вон уже все рыжики в воду полезли. Нам тут места не хватит. Он, конечно, океан, но рубка не такая большая, я не очень люблю бассейны.
- Тогда пойдём дальше. Мы, кстати, сейчас на два этажа выше нашего уровня. Интересно, как эти иктчи притащили сюда столько воды? Дорого, наверное, было. Я потом об этом почитаю. Наверное, это была эпическая операция, сложнее, чем Шаварнут построить.
- Я бы присела где-нибудь выкурить трубочку, - призналась Ката, - но мы в самом центре Тортуги, вряд ли тут можно.
- А я вот чую откуда-то дымок, - возразила Айша, - тут должно быть специальное для этого место. А, вот, нашла! Такое ощущение, что его специально построили для таких, как ты.
- Каких?
- Для тех, кому надо обдумать впечатления, - засмеялась Айша, - называется "Дым и мох". Надо только спуститься по этому трапу и повернуть направо.
Ката так и не почувствовала никакого запаха, пока не вошла в заведение, построенное как будто из перевёрнутого древнего деревянного корабля, но это как раз была декорация: корабль построили прямо на этом месте вокруг уходящего наверх цилиндра, поросшего мхом. Изнутри оказалось, что в цилиндр встроен мощный вентилятор, так что непонятно, как Айша смогла почуять запах дыма. Внутри тоже был мох, но и барная стойка, и удобные кресла с низкими столиками. В зале были только люди одной с Катой и Айшей расы, да и тех немного: пожилая женщина с трубкой и двое мужчин с кальяном, да еще бариста, занятый чем-то за стойкой. Ката выбрала место у разлапистой деревянной кницы, тоже сплошь покрытой мхом, и уютно устроилась там в кресле, Айша принялась листать меню.
- Знаешь, кажется, они этот мох специально выращивают, - предположила Ката, - в каждой трещинке. Интересно, как они его приживляют?
- Мох зверь неприхотливый, - рассеянно отозвалась Айша, - мы тоже можем попробовать. Ух ты, они тут кофе и какао варят! Ну всё, я счастлив. Тортуга прекрасна, век бы её не покидать.
- Вот это меня и беспокоит, - призналась Ката, - дирижабль должен лететь, а нам всем слишком тут хорошо. Как бы не укорениться. Некоторые вон и укореняются. ТэВэ в игровом клубе залип, Кася учит роботов рисовать, Пушка мы вообще как-то давно не видели. Маловато нас на борту. Мы с тобой, Механик, Ярра, Овощ и Крэки - да и тот улетает от корабля всё дальше. С такой командой дирижабль у нас развалится.
- Да, проблема, - согласилась Айша, - может, предложить ТэВэ новый набор команды? Несколько полезных людей нам бы не помешали. Врач, например, или вообще научник. А то у нас все исследования на Овоще, а он всё-таки еще ребёнок, хоть и гений.
- Вот врач - это да, - вздохнула Ката, - да где еще найти врача, чтобы мог лечить разные расы. Все же узкоспециализированные под своих людей. А грибы? С ними вообще ничего не понятно, вот, если Механик пострадает - как его лечить? А Овоща? А Блошку? Не бывает таких специалистов. Придется как-то самим выкручиваться, если что.
- Ладно, - махнула рукой Айша, - до сих пор как-то выкручивались. Не могу ни о чем думать, кроме какао, и вот его уже несут. Жизнь прекрасна.
- Жизнь прекрасна не всегда, но сейчас - пожалуй! - воскликнула Ката, разглядывая поставленную перед ней чашку кофе. Чашка была пластиковая, напечатанная на принтере, и не очень подходила к окружающему деревянно-моховому антуражу.
- Хотите, мы вам налепим глиняных чашек? - сказала она баристе, пухлощёкому парню с трёхдневной, похоже, тщательно поддерживаемой щетиной, - а то мох и пластик плохо сочетаются.
- Я спрошу у хозяйки, - охотно отозвался парень, - и впрямь глиняные было бы красиво. Может, сделаем вам заказ. Я напишу в чатике.
- Ну вот, - засмеялась Айша, - как бы не укорениться, говорила она. И уже тут вот, может, и заказ.
- Ну уж нет, - нахмурилась Ката, - лепить мы умеем и на ходу, а уж обжигать-то. Заказ не повредит, мы много сегодня потратили. Это еще не значит, что я укореняюсь, - она положила босые ноги на мягкий мох на книце и пошевелила пальцами, - я вот думаю, наоборот: взять у этого парня немножко этого мха и увлечь с нами в путешествие. Я бы его в своей каюте поселила. У меня там есть несколько трещин.
- Дааа, явно нам нужна команда побольше, - кивнула Айша, - вон, трещины уже в гондоле. Значит, врач, плотник и исследователь, может быть, химик. Звучит как план.
- Можно подумать, такие люди для нас на дороге валяются, - пожала плечами Ката, - не очень-то у нас выгодное торговое предложение. Пираты в розыске, заработки нестабильные, капитан безумный, жизненного плана нет. Да еще и периодически упарываемся в какое-нибудь странное искусство.
- Так это же самое прекрасное! - воскликнула Айша, - нам же нравится. Значит, и кому-нибудь ещё понравится тоже.
Ката посмотрела на окружающих. Бариста протирал стойку, женщина с трубкой докурила трубку и листала коммуникатор, мужчины с кальяном, продолжая курить кальян, уже занялись каким-то проектом на большом планшете, и никто из них не выглядел подходящим. Как вообще ищут людей, если ищут их специально? Всю жизнь команда вокруг Каты собиралась как-то сама собой, по воле судьбы, случайно - даже и та, первая, на маленьком дирижабле "Святой Христофор". Может быть, и лучше было бы собрать музыкальную группу, но жизнь получилась такой, какой получилась. А теперь, кажется, надо было предпринимать специальные усилия, но тут Ката не знала, как к этому подступиться. Оставалось надеяться, что что-нибудь об этом знают Айша или Ярра.
Ката и Айша шли по улицам-коридорам Тортуги без какого бы то ни было плана. В насыщенной путешествиями жизни дирижабля наступила пауза. Капитан снова увлёкся игрой, котики вообще куда-то подевались и появлялись на борту редко, Ярра снова развернула свою керамическую мастерскую, Механик с Овощем бесконечно копались в трюме корабля, настраивая и налаживая всё, что подвернётся под руку. У Каты был план прикупить какой-нибудь необычной еды, которую легко готовить, потому что Кася в последнее время забастовала, и еду готовил любой, у кого было вдохновение - и это мог быть как разнообразный до оторопи обед от капитана, так и простые жареные грибы от Механика. Айшу вёл исследовательский интерес: дирижабль уже довольно давно принадлежал сообществу Тортуги, а команда всё еще очень плохо знала город. Центр был объезжен весь, несколько раз приходилось спускаться на нижние ярусы - на охоту, экскурсию или по делу в мастерские - но оставалось еще полностью не исследованным пространство между центральным уровнем и поверхностью.
Оказалось, если не ехать на трамвае, а идти пешком, как-то лучше замечаешь мелочи. Корабли, как правило, не прямоугольные и поэтому плохо складываются в штабеля, остаются свободные пространства - и в каждом из этих уголков, проёмов и щелей прячется что-то интересное. Многие щели оказались заполнены растениями в ящиках, такие щели еще и светились, потому что всякое растение нуждается если не в свете звезды, то хотя бы в лампе полного спектра. Но за одним из поворотов попалась совершенно тёмная щель, в которой росло что-то белёсое. Айша посветила туда маленьким фонариком Механика: там обнаружилась высокая тонкая трава, белесовато-прозрачная, и на конце каждой травины качалась светящаяся изнутри ягода. Едва просвечивающие зёрна подсказывали, что это действительно плод, и, возможно, даже съедобный, но почему-то предпочитающий темноту. Айша заглянула в окно-иллюминатор дома, соседствовавшего с этой щелью. Судя по вывеске, в этом бывшем корабле - белом, яйцеобразном - располагалась антикварная лавочка, заполненная самой разной ерундой. Внутри метался шарообразный орнитоид с острым клювом, бесконечно поправляя расставленные по полкам и полу предметы.
- Спросим его про это растение? - предложила Айша, - похоже, это что-то из его мира. Это же луси, и чувак, скорей всего, с Лударассы. Помнишь Кирс-Ту, который у нас тарелки все скупил?
- Отчего бы не спросить? - пожала плечами Ката и вошла в луси.
- А! - вскричал хозяин лавки, услышав вопрос, - это йаватта, съедобная, если что, но вы пока не рвите. Когда ягоды созреют, они будут совсем прозрачные, вот тогда их можно будет есть. Но я успею первым! Вы же наверняка не пробовали варенье из йаватты, не упускайте шанса. Соседи-то уже знают, так и вы знайте. Вся улица ждёт.
- Да мы и не собирались их рвать, - нахмурилась Айша, - это из вашего мира растение? Так и растёт в темноте?
- У нас довольно темно, - объяснил хозяин, разведя крыльями, - зона рискованного земледелия, у нас очень старая звезда. Но нам нравится. Может быть, когда-нибудь я и вернусь домой. Но к чему торопиться? Должное количество темноты я могу найти и здесь, а торговля мне еще не наскучила.
- Торговля превыше всего, - отозвалась Айша, - удачи вам с вашим вареньем. Мы зайдём попробовать.
- Смотрите не опоздайте, - усмехнулся птиц и снова запорхал по лавке.
- Не опоздайте, говорит он, - сказала Айша, выходя, - а когда созреет - не сказал.
- Положимся на удачу, - предположила Ката, - а вон смотри, лесенка наверх, может, по ней можно выбраться на уровень выше?
Но лесенка вела в тупик: к дверям чьего-то совершенно частного дома. Пришлось возвращаться и снова двигаться вперёд вдоль трамвайных рельсов.
- Вообще-то, существует карта, - напомнила Ката, - можно посмотреть, где лифт или лестница.
- Так неинтересно, - улыбнулась Айша, - как же географические открытия.
- Ладно, - легко согласилась Ката, - открытия так открытия.
Они шли босиком. Айша вообще при любой возможности выскальзывала из своих османийских туфель без задников, а Ката разулась просто за компанию. Ощущение было приятное: гладкое дерево перемежалось под ногами металлическими или пластиковыми пластинами, можно было гулять уже ради одного этого чувства разницы поверхностей палубы, пола или мостовой, чем бы из этого она ни была.
- Мне вообще нравится, как тут всё растёт. А настоящий свет-то только наверху, - сказала Айша, - здесь, внутри мы, по сути, в пространственной станции. А вот смотри, в щели растёт, по сути, сорняк, но и над ним светильник прикручен. Вся Тортуга светится изнутри.
- Хорошая мастерская вполне способна изготовить лампы более-менее полного спектра, - напомнила Ката, - видишь, этим чувакам хватает, вон как колосятся.
В подтверждение этих слов за поворотом коридора-улицы обнаружился целый сад, уместившийся между двумя смыкавшимися наверху бортами бывших кораблей. В саду был даже маленький пруд, кривые художественно подстриженные деревья, склоняющиеся над водой цветущие кусты и множество глядящих вниз лампочек, приклеенных к стенам-бортам. В саду никого не было, но сквозь ветки дерева было видно круглое окно, очевидно, прорезанное в борту уже много после того, как старый корабль врос в город. Там, внутри, кто-то сидел за столом с коммуникатором, и, видимо, работал, пока сад жил своей жизнью.
- А вот этого я из трамвая не видела, - призналась Ката, - или внимания не обращала.
- Мы же тут всегда вместе ехали, - пожала плечами Айша, - болтали. А садик маленький, легко не заметить. Вообще, если мы дальше так пойдём, то придём как раз в бар Зуика, а в порту точно есть лифт.
Мимо проехал трамвай, деревянно-стеклянный, уже знакомый, и водитель помахал из кабины. Ката и Айша пошли дальше, и задержались только у канцелярской лавочки: Айша увидела блокноты - и на время пропала. Кроме традиционных блокнотов с виниловой бумагой в продаже теперь появилось и детище дирижабля: шершавая зеленовато-серая бумага вторичной переработки из автомата, пришедшего на смену айшиному тазику. Кто-то предприимчивый уже наделал из этой бумаги довольно удобных блокнотов, и Айша не могла не купить один - и как приятный материал для искусства, и как доказательство собственной полезности.
В баре Зуика за стойкой не было собственно Зуика. Он обнаружился под лампой в левом дальнем углу, и рядом с ним за столиком сидела, как ни странно, Кася. Она что-то увлечённо объясняла ему, чиркая по большому листу бумаги стилом, и Зуик, что совсем уж удивительно, чиркал тоже.
- А, - сказал он, - привет. Там на стойке шидр, можете себе наливать.
- Чем это вы там заняты? - спросила Ката.
- Я учу его рисовать! - радостно объявила Кася, - так интересно!
- Учит роботов рисовать, - вздохнула Ката, наливая себе шидра, - а пирожок-то нам никто не принесёт.
- Да ладно, поедим где-нибудь еще, - махнула рукой Айша, - пойдём лучше рыб тебе покажу. Ты ведь ни разу не смотрела.
С рыбами что-то было не так. С первого взгляда они напоминали отблёскивающих металлов панцирных рыбок вроде осетра или тэрперина, только очень маленького. Со второго зритель в лице Каты понял, что это не металлический блеск органики, а собственно металл и есть. Рыбки были механические. При резком повороте под жабрами обнажались очевидно рукотворные шарниры.
- Зуик говорит, что это его братья, - объяснила Айша, - рыбки работы его создателя. Ведут себя как совершенно обычные рыбки, от воды не портятся. Но они тоже механизмы. Зуик предполагает, что и в них мог прорезаться разум, но они же рыбы, они не скажут.
- Если так, могу им только посочувствовать, - вздохнула Ката, - аквариум-то не такой большой. Я бы заскучала.
- Ты бы сделала виолончель и стала бы заниматься, - засмеялась Айша, - не представляю тебя скучающей.
Ката задумалась: сама-то она помнила несколько по-настоящему скучных моментов своей жизни, но Айша права: всякий раз придумывалось что-то, чтобы себя занять. В конце концов, хотя бы поохотиться на соседний остров и добыть шлюпку.
- Ну ладно, - сказала она, - раз от Зуика и Каси пирожков не добиться, я бы пошла куда-нибудь поесть.
- Подожди, - Айша ухватила ее за рукав, - это еще не все, кто в аквариуме живёт.
- Я больше никого не вижу, - призналась Ката.
- На них нужно смотреть особенным образом. Меня Зуик научил. Нужно сесть на диванчик и смотреть на правый шидровый кран, только расфокусированным взглядом. Их видно только периферическим зрением.
- Так вот ты чего столько времени в этом диванчике проводишь, - усмехнулась Ката, усаживаясь, - ладно, я попробую.
Пару минут она допивала шидр, разглядывая кран. Признаться, кран того не стоил: выглядел он довольно обычно. Может быть, поэтому Кату начало клонить в сон, и тут она заметила, что в аквариуме что-то движется, и это не роботы: те были холодно-серебристыми, а тут показалось, что движется что-то золотое и длинное. Ката, не задумываясь, повернула голову, но прямым взглядом были видны только серебристые механические рыбки, медленно кружащие на фоне тёмных водорослей.
- Неее, - покачала головой Айша, - не забывай про периферическое зрение.
- Но так не разглядеть же, - вздохнула Ката, - кто они?
- Настоящие рыбы-ленты, - объяснила Айша, - только недопроявленные. Понятия не имею, как это работает, Зуик мне объяснял, но как-то слишком высоконаучно. Если простым языком, они как будто застряли между мирами в процессе перехода.
- Очень опасно совершать переход между мирами, когда ты рыба, - отозвалась Ката, - и у людей-то бывают неприятности. Идём?
- Ладно, теперь идём.
Едальня, на которую надеялась Ката, оказалась закрыта и даже выставлена на продажу, по крайней мере, на двери желтела сообщающая об этом наклейка.
- Вот так так, - огорчилась Ката, - а тут пирожки были неплохие. Ты тут еще что-нибудь знаешь?
- За сандалечной есть еще ящеричная столовка, но там только мясо и рыба.
- Опять рыба, - засмеялась Ката, - тема дня у нас сегодня рыба. Я буду мясо.
Однако оказалось, что для "неустойчивых двуногих с непоправимо испорченным вкусом" некоторое мясо всё-таки завёрнуто в этой столовой в тесто и запечено довольно приятным образом, так что Ката всё-таки получила свои пирожки. И, пока ела их, устроившись на покрытом ворсистым ковром помосте, развернула таки карту.
- Открытия открытиями, - объяснила она, - но не хотелось бы заблудиться, Ярра-то с нами не пошла.
- Может, ты сама научишься? На Лалибеле вон всякий умеет перемещаться.
- Да я уже давно поняла, что эти имперские предрассудки не работают, - вздохнула Ката, - но как изгнать из себя десять лет обучения? Какой-то барьер у меня в этом смысле. Ой, смотри, прямо над нами - Океанариум. По-моему, надо довести идею рыбного дня до высшей точки.
В этом лифте не было сидений, потому что он не вёл на самый верх. Ката и Айша вышли на довольно большую площадь перед эпическим порталом, бывшим когда-то, видимо, грузовым люком корабля. Перед порталом толпилось семейство рыжих приматов, весело собиравшихся смотреть на рыб.
- Ничего себе с нас тут сняли, - удивилась Ката, когда её идент звякнул в портале.
- Вот и посмотрим, - отозвалась Айша, - за что они деньги берут.
Всё пространство бывшего транспортника занимал огромный аквариум, через который вела довольно узкая прозрачная труба. Его начало было всё пронизано светом: видимо, эта часть показывала самый верхний слой океана. Айша остановилась у информационного стенда прочитать текст.
- Это основал некто Тирви Сактчу, - сообщила она, - с тех пор семья Сактчу океанариумом и управляет. Забавно. У иктчи же вообще нет никакого океана, но они его всё-таки где-то нашли. Планета Тактчири, тоже иктчийское слово, видимо, где-то рядом с их старым домом. Тут можно взять звучок с экскурсией, а можно так смотреть.
- Я лучше так, - пожала плечами Ката, - я вот по себе знаю, как может перегрузить лишняя информация. А нелишняя вон на табличках написана.
Пока Айша изучала информацию, семейство сахвичи унеслось вперёд, стало тихо. В этой тишине Ката и Айша шли по трубе сквозь коралловый риф. Здесь как раз всё выглядело знакомым: всякий, кто бывал на коралловых планетах, так или иначе к этим кораллам нырял. И рыбы здесь были понятные: небольшие, ярко окрашенные, с перистыми плавниками, длинные прозрачные, округлые радужные, в задорную полоску и даже в клеточку. Но по мере продвижения по трубе океан словно становился глубже, а коридор-труба - темнее. Перегородки между зонами глубин не были видны из трубы, но явно были, надо же было поддерживать разность давления. В следующей зоне уже водилась рыба покрупнее.
- Мне кажется, или вон у того существа колёса? - сказала Ката, - опять механика?
- Да нет, - пригляделась Айша, - живое мясо. В смысле, рыба. Плавники такие, но и впрямь на колёса похоже. Он ими крутит. А мы, кстати, идём в темноту. Похоже, там, в конце, как в обсерватории - никакого света, кроме света рыб.
- Так это они там впереди светятся, - кивнула Ката, - придётся привыкать. Честно говоря, я уже вот тут ничего не вижу.
- Я веду рукой по стене, - сообщила Айша, - не потеряемся. Тут нет ответвлений.
В конце тоннеля было совсем темно, но глаза Каты начали уже привыкать к темноте, тем более, что в глубине аквариума светились холодные разноцветные огоньки. Так что у неё получилось не наткнуться ни на одного из сидящих в этой части трубы сахвичи. Они устроились на расставленных тут всюду небольших кубиках и внимательно смотрели в темноту. Из темноты приближался огонёк.
- Удильщик, - шепнула Айша, - рыба с фонарём. Несёт свой маленький свет.
- Охота? - предположила Ката.
- Похоже на то.
Сахвичи напряженно ждали: удильщик приближался и явно намеревался показать мастер-класс по охоте. Вблизи в свете его фонаря он оказался виден весь: это оказалось существо с огромной головой и разлапистыми плавниками. Он завис перед зрителями, покачивая своим фонариком. Под ним по песку ползло что-то, похожее на растение вроде камнеломки, но тоже явно животного происхождения.
- Все любят зрителей, - сказала Айша, - даже рыбы.
На свет фонаря между тем выплыла целая стайка мелких рыбок. Удильщик, продолжая помахивать фонариком, скосил на них подвижные глаза. Стайка держалась вместе и не приближалась, но одна отчаянная и любопытная рыбка высунулась вперёд и поплыла к фонарю. Было трудно заметить, что произошло: кажется, удильщик метнулся, мелькнули огромные тонкие зубы, одна рыбка пропала, остальные сбежали врассыпную. Сахвичи затопали босыми ногами по гладкой поверхности трубы.
- Ам - и съел! - восторженно завопил один из детей, - ужас какой! Мам, я хочу банан.
- Держи, - мать вынула из сумки плод и протянула ему, - кто-нибудь еще хочет? У меня на всех есть. Шкурки не бросайте, на выходе есть компостный ящик.
Удильщик горделиво проплыл вдоль зрителей туда и сюда, явно гордясь тем, как хорошо сделал свою работу. В его свете приматы как раз подобрали разбросанные детьми игрушки, расставили кубики по бортам трубы и направились к выходу, Ката с Айшей последовали за ними. Освещение делалось ярче постепенно: экскурсанты словно выходили на другой берег океана. Дальше труба превратилась в трап, который закончился в стеклянном зале, видимо, бывшей рубке грузового корабля. И в этой части океана можно было даже искупаться: берег океана был оформлен как настоящий берег, с песком, ракушками и обломками кораллов, и там уже нежились на мелководье двое юных иктчи с коммуникаторами.
- Вот теперь я понимаю, за что они деньги берут, - засмеялась Ката, - если прямо можно этот океан на вкус попробовать, это здорово.
- А ты хочешь купаться?
- Я не очень. Вон уже все рыжики в воду полезли. Нам тут места не хватит. Он, конечно, океан, но рубка не такая большая, я не очень люблю бассейны.
- Тогда пойдём дальше. Мы, кстати, сейчас на два этажа выше нашего уровня. Интересно, как эти иктчи притащили сюда столько воды? Дорого, наверное, было. Я потом об этом почитаю. Наверное, это была эпическая операция, сложнее, чем Шаварнут построить.
- Я бы присела где-нибудь выкурить трубочку, - призналась Ката, - но мы в самом центре Тортуги, вряд ли тут можно.
- А я вот чую откуда-то дымок, - возразила Айша, - тут должно быть специальное для этого место. А, вот, нашла! Такое ощущение, что его специально построили для таких, как ты.
- Каких?
- Для тех, кому надо обдумать впечатления, - засмеялась Айша, - называется "Дым и мох". Надо только спуститься по этому трапу и повернуть направо.
Ката так и не почувствовала никакого запаха, пока не вошла в заведение, построенное как будто из перевёрнутого древнего деревянного корабля, но это как раз была декорация: корабль построили прямо на этом месте вокруг уходящего наверх цилиндра, поросшего мхом. Изнутри оказалось, что в цилиндр встроен мощный вентилятор, так что непонятно, как Айша смогла почуять запах дыма. Внутри тоже был мох, но и барная стойка, и удобные кресла с низкими столиками. В зале были только люди одной с Катой и Айшей расы, да и тех немного: пожилая женщина с трубкой и двое мужчин с кальяном, да еще бариста, занятый чем-то за стойкой. Ката выбрала место у разлапистой деревянной кницы, тоже сплошь покрытой мхом, и уютно устроилась там в кресле, Айша принялась листать меню.
- Знаешь, кажется, они этот мох специально выращивают, - предположила Ката, - в каждой трещинке. Интересно, как они его приживляют?
- Мох зверь неприхотливый, - рассеянно отозвалась Айша, - мы тоже можем попробовать. Ух ты, они тут кофе и какао варят! Ну всё, я счастлив. Тортуга прекрасна, век бы её не покидать.
- Вот это меня и беспокоит, - призналась Ката, - дирижабль должен лететь, а нам всем слишком тут хорошо. Как бы не укорениться. Некоторые вон и укореняются. ТэВэ в игровом клубе залип, Кася учит роботов рисовать, Пушка мы вообще как-то давно не видели. Маловато нас на борту. Мы с тобой, Механик, Ярра, Овощ и Крэки - да и тот улетает от корабля всё дальше. С такой командой дирижабль у нас развалится.
- Да, проблема, - согласилась Айша, - может, предложить ТэВэ новый набор команды? Несколько полезных людей нам бы не помешали. Врач, например, или вообще научник. А то у нас все исследования на Овоще, а он всё-таки еще ребёнок, хоть и гений.
- Вот врач - это да, - вздохнула Ката, - да где еще найти врача, чтобы мог лечить разные расы. Все же узкоспециализированные под своих людей. А грибы? С ними вообще ничего не понятно, вот, если Механик пострадает - как его лечить? А Овоща? А Блошку? Не бывает таких специалистов. Придется как-то самим выкручиваться, если что.
- Ладно, - махнула рукой Айша, - до сих пор как-то выкручивались. Не могу ни о чем думать, кроме какао, и вот его уже несут. Жизнь прекрасна.
- Жизнь прекрасна не всегда, но сейчас - пожалуй! - воскликнула Ката, разглядывая поставленную перед ней чашку кофе. Чашка была пластиковая, напечатанная на принтере, и не очень подходила к окружающему деревянно-моховому антуражу.
- Хотите, мы вам налепим глиняных чашек? - сказала она баристе, пухлощёкому парню с трёхдневной, похоже, тщательно поддерживаемой щетиной, - а то мох и пластик плохо сочетаются.
- Я спрошу у хозяйки, - охотно отозвался парень, - и впрямь глиняные было бы красиво. Может, сделаем вам заказ. Я напишу в чатике.
- Ну вот, - засмеялась Айша, - как бы не укорениться, говорила она. И уже тут вот, может, и заказ.
- Ну уж нет, - нахмурилась Ката, - лепить мы умеем и на ходу, а уж обжигать-то. Заказ не повредит, мы много сегодня потратили. Это еще не значит, что я укореняюсь, - она положила босые ноги на мягкий мох на книце и пошевелила пальцами, - я вот думаю, наоборот: взять у этого парня немножко этого мха и увлечь с нами в путешествие. Я бы его в своей каюте поселила. У меня там есть несколько трещин.
- Дааа, явно нам нужна команда побольше, - кивнула Айша, - вон, трещины уже в гондоле. Значит, врач, плотник и исследователь, может быть, химик. Звучит как план.
- Можно подумать, такие люди для нас на дороге валяются, - пожала плечами Ката, - не очень-то у нас выгодное торговое предложение. Пираты в розыске, заработки нестабильные, капитан безумный, жизненного плана нет. Да еще и периодически упарываемся в какое-нибудь странное искусство.
- Так это же самое прекрасное! - воскликнула Айша, - нам же нравится. Значит, и кому-нибудь ещё понравится тоже.
Ката посмотрела на окружающих. Бариста протирал стойку, женщина с трубкой докурила трубку и листала коммуникатор, мужчины с кальяном, продолжая курить кальян, уже занялись каким-то проектом на большом планшете, и никто из них не выглядел подходящим. Как вообще ищут людей, если ищут их специально? Всю жизнь команда вокруг Каты собиралась как-то сама собой, по воле судьбы, случайно - даже и та, первая, на маленьком дирижабле "Святой Христофор". Может быть, и лучше было бы собрать музыкальную группу, но жизнь получилась такой, какой получилась. А теперь, кажется, надо было предпринимать специальные усилия, но тут Ката не знала, как к этому подступиться. Оставалось надеяться, что что-нибудь об этом знают Айша или Ярра.
